Дядя самых честных правил 8

С Павлом должен неотлучно находиться хотя бы один из них, чтобы «не допускать недостойного поведения и напоминать об императорском достоинстве».

— Вас должно быть четверо, — я поднял на них взгляд, оторвавшись от письма, — а вижу только троих.

Цверг скривил губы и недовольно ответил:

— Сударь Порошин задержался в Москфа. Он покупать книги по фашей низкой магия.

— Ах вот оно что…

Я кивнул и вернулся к письму. Как же, помню этого Порошина, его приставили к Павлу ещё до коронации Екатерины. Вроде бы дельный человек, разбирающийся в точных науках. Да и сейчас он озаботился покупкой книг для занятий, как и положено хорошему наставнику.

Так, что ещё пишут интересного? Приказ, что должно проявить осторожность в магическом искусстве, дабы не нанести случайный вред. И всякие «ценные» указания, до которых я сам никак бы не додумался, и список предметов, которым надо уделять внимание. Вроде танцев, хороших манер, лекций о великих полководцах и прочей ерунды. Самой важной оказалась приписка в конце: обратно в столицу наследник престола должен был отправиться, как только его вызовет императрица либо по собственному желанию.

— Что же, благодарю, что сопроводили Павла Петровича, скрасив ему дорогу, — я радушно улыбнулся троице воспитателей. — Не смею вас больше задерживать, можете отправляться обратно.

— Шта⁈ — У пруссака-цверга брови полезли на лоб.

— В каком смысле, Ваше Сиятельство? — дама-воспитатель принялась хлопать глазами без остановки.

А рыбоглазый в пенсне скорчил унылую физиономию, сразу сообразив, что я имею в виду.

— Фаше Сиятельстфо, мы не есть мочь ехать обратно. Мы должны быть с Пафлом Петрофичем. Профодить занятия, настафлять…

— Наставлять, дорогой мой, теперь буду я. И вы мне не требуетесь.

— Позфольте!

— Не позволю.

— Ваше Сиятельство… — От волнения у дамы затрясся второй подбородок. — Мы не можем вернуться в Петербург. Пока Павел Петрович изволит находиться у вас, наше возвращение будет расценено очень дурно!"

"— Какие проблемы? Побудьте пока в Муроме. Когда Павел Петрович будет возвращаться в столицу, он заберёт и вас.

— Это нефозможно, Фаше Сиятельстфо! Её Феличестфо приказала, что с наследником постоянно должен находиться кто-то из нас!

— Приедет ваш четвёртый, Порошин, он и будет дежурить.

— Но…

— Это моё последнее слово, судари и сударыня. Езжайте в Муром и оставайтесь там до следующих указаний.

Рыбоглазый учитель тяжело вздохнул и принялся протирать монокль платочком.

— Простите, Ваше Сиятельство, — дама сделала жалостное выражение лица, — но вы обрекаете нас на страшные невзгоды. Мы совершенно не рассчитывали на такой поворот, у нас просто нет средств…

— Ах, в этом дело? Что же, это легко решаемо.

Я вытащил из ящика стола кошелёк и демонстративно взвесил на ладони.