Дядя самых честных правил 11

— Степан Иванович, не хотите составить мне компанию? Я собираюсь побеседовать с этими сударями.

* * *Мы встретились с главарями бунтовщиков на пустой Дворцовой площади. Две группы всадников на механических лошадях, будто генералы двух армий. Мы с Шешковским против трёх всадников: князя Шаховского, бывшего гетмана Разумовского и незнакомого мне мужчины. Вытянутое надменное лицо, заострённые уши и лиловые глаза. Во всём его облике было нечто нечеловеческое. Авалонец! И как я сразу не сообразил. Вдобавок перстень Тау начал нагреваться, реагируя на этого фрукта.

Князь Шаховский за всю встречу не проронил и слова, мрачно глядя перед собой. Гетман Разумовский тоже молчал, но косился на авалонца с неприязнью. А на меня он бросал удивлённые взгляды и сжимал губы.

Нет, Разумовский не был организатором бунта. Да и Шаховский не тянул на это. А вот авалонец явно наслаждался своей ролью и даже высокомерно поглядывал на своих спутников.

— Князь, вы зря в это ввязались. — Голос авалонца звучал певуче, как и у всех эльфов. — Отступите сейчас — или погибнете. Возвращайтесь в своё княжество и сидите там, чтобы мы про вас забыли.

Я слушал его «пение», и у меня была только одна мысль — вот урод! Сначала попытался убить меня, а теперь угрожает. И судя по всему, этот тип не собирается про меня забывать. Алеутское княжество из далёких ненужных земель превратилось в ценный актив, и меня снова постараются убить или изгнать. Кстати, авалонец даже представиться не потрудился, демонстрируя своё пренебрежение. Вот только он не понимает, с кем связался. А я не буду его переубеждать, пока не сделаю всех приготовлений.

— Вы мне угрожаете, Имярек Батькович?

Авалонец поперхнулся, уставился на меня злым взглядом и скривил губы.

— Ты никому не сможешь помочь здесь, некрот. Императрица и её сынок в любом случае исчезнут. Мы говорим о твоей судьбе. И она может быть счастливой, если ты немедленно уберёшься к своим дикарям. Или будет печальной, так же как и его, — он указал пальцем на Шешковского. — Тебе не помогут ни твои мертвецы, ни дурацкие Знаки.

Разумовский посмотрел на меня сочувствующе и горько усмехнулся.

— Мне нужно подумать.

— Хочешь потянуть время? — авалонец улыбнулся, показав мелкие острые зубы, как у хорька. — Надеешься, что подойдут войска? Даже не надейся, мы всё предусмотрели. Но я дам тебе время, чтобы принять решение. До рассвета.

Не прощаясь, он развернул коня и поехал прочь. Шаховский и Разумовский последовали за ним, и только гетман бросил на меня усталый тяжёлый взгляд.

Я был уверен: срок до утра он дал мне вовсе не из великодушия. Им самим требовалось время, чтобы подтянуть силы для штурма. И вероятно, они не считали удачной идеей делать это в темноте. Что же, мне такой поворот только на руку.