Наследница Дивной усадьбы

Все мою покажу собирала Мария Николаевна, заявляя, что на новом месте будут нужны и сервизы, и вечерние платья. Оттого две сильно груженые телеги едва поспевали за ними по ухабистой дороге, приезжая на постоялые дворы, где мы делали недолгие остановки, только спустя час или два. И именно свекровь настояла на дюжине слуг, заявив, что мой статус графини Шереметьевой предполагал такой грандиозный штат прислуги.

Мы же двумя каретами ехали быстрее, в сопровождении тридцати лихих гвардейцев, которые следовали верхом на лошадях.

На всех постоялых дворах и почтовых станциях нам оказывали излишние почести, едва только узнавали мое имя. Я чувствовала себя какой-то путешествующей царицей и очень смущалась.

На ночлег мы остановились в городке М., заняв две комнаты с горничными. Немедля у наших спален поручик Лазарев выставил караул их трех гвардейцев, а под окнами часовых на всю ночь. Удивленная этим, я заявила Лазареву, что его охрана чрезмерна и вызывает недоумение у других постояльцев.

– Сударыня, ваш муж дал четкие указания на этот счет, – категорично отчеканил мне в ответ поручик. – Если с вашей головы или головы маленькой графини упадет хоть волос, Григорий Александрович не заплатит мне и моим молодцам ни копейки. А у меня слишком маленькое жалование, чтобы удостоверяться в твердости его слова.

В ответ на это категоричное заявление Лазарева я улыбнулась, думая о том, что лучше, наверное, перебдеть с охраной, чем недоглядеть.

Глава 46

На четвертый день мы наконец достигли первых лесов и полей, принадлежащих роду Шереметьевых в этой части уезда. Я была сильно измучена жуткой дорогой с постоянными ухабами и тряской кареты. На мое удивление, Анечка вела себя спокойно весь этот длительный вояж. Прекрасно спала и хорошо кушала. Видимо, ей было все равно, где находиться и куда ехать, главное, чтобы мама была рядом.

Когда мы проехали верстовой столб с надписью «Дивное», я даже с облегчением выдохнула. Миновав небольшую деревеньку по единственной улочке, по бокам которой стояли избы, мы направились дальше по узкой проезжей дорогие через небольшой луг. Вдалеке на фоне вечернего неба виднелось двухэтажное каменное здание.

В саму усадьбу мы въехали уже около девяти вечера."

"Первое, что бросилось мне в глаза, – это массивные ворота, покосившиеся от времени и заросшие мхом. Они были украшены изысканной ковкой, которая теперь казалась жалкой и чуть позеленевшей от времени. За воротами начиналась длинная аллея, ведущая к главному зданию усадьбы.

Ворота были не заперты, и одному из гвардейцев не составило труда их открыть пошире, чтобы кареты могли проехать внутрь.

Тишина и покой царили вокруг. Деревья по обеим сторонам аллеи были старыми и высокими, их ветви переплетались, создавая таинственный полумрак.