Диверсант № 1

Человек в черных одеждах посмотрел на часы и сам себе удовлетворенно кивнул.

– Карту еще раз разверните. Последняя проверка…

Перед ним расстелили на крыше подробную карту города. Посветили фонариком, чтобы было лучше видно. Ренат взял фонарик в свои руки, в который раз уже изучая маршрут, и провода электропроводки, и растяжки рекламы, и все помехи, которые могут встретиться ему на пути. Все это он наносил на карту сам, не доверяя чужому глазу, в течение целой недели. О собственной безопасности всегда лучше проявлять личную заботу. Так надежнее.

Оторвав взгляд от карты, Ренат положил на нее фонарик и оглядел горизонт.

– Внизу уже вечер, – сказал он, – тучи темные. Меня никто не увидит. Звоните наблюдателю. Я вылетаю.

Еще один человек из тройки сопровождения набрал номер на мобильном телефоне.

– Он вылетает. Будьте внимательны. Приготовьте секундомер.

Ренат тем временем засунул в крепление на груди обыкновенный кирпич, какой нетрудно подобрать на любой строительной площадке города. Подергал его рукой, проверяя крепление на прочность. На голову надел шлем со специальным оптическим прицелом. И только после этого подошел к черному дельтаплану, что дожидался его в стороне. Помощники придержали дельтаплан, пока Ренат застегивал крепления.

– Готов, – сказал он, когда руки с широко расставленными локтями прочно и жестко легли на трубчатую титановую трапецию.

– Он готов, – передал сообщение человек с телефоном.

– Я пошел! – Ренат сделал глубокий решительный вдох и с выдохом начал короткий разбег.

– Он пошел… Секундомер! Подгоняйте машину!

Разбег был коротким, но пружинистым и стремительным, как на спринтерской дистанции. Ветер упруго лег под шелковую плоскость. И Рената понесло над освещенными улицами современных районов в сторону старинного городского центра. Но центр ему пересекать не надо. Даже красивые каналы «маленькой Венеции»[4] не надо пересекать. Только пролететь над задворками восьмисотлетнего доминиканского монастыря, где сейчас располагается музей Унтерлинден. И снова углубиться в современный район. Это самая безопасная трасса для полетов. Не самая короткая, но с наименьшим количеством препятствий."

"Крыло легко подчиняется велению опытных рук. Все тело рукам помогает, перемещая центр тяжести при маневре. И хотя полеты дельтапланов над городами запрещены и опыта таких полетов Ренат не имеет, он не видит большой разницы в обеспечении безопасности здесь и над чистым полем, потому что хорошо различает воздушные потоки и предвидит вероятность образования воздушных ям и встречных течений. Особенно опасными оказались первые минуты опробования воздуха. Это почувствовалось по нескольким ударам ветра, резко поднимающегося по стенам домов.