Диверсант № 1

Кстати… Ваш начальник, – мимоходом пожаловался комиссар, – так и не успел мне рассказать, что задумал Джошуа Гольдрайх и, самое главное, почему он не считает себя террористом. А у меня через два часа самолет! Надеюсь получить полный отчет сразу по своему прилету в Лион.

– Тобако ездит очень быстро. Он успеет к самолету. А рассказ много времени не займет. Я прочитал ситуацию просто. Главный вопрос, который меня мучил, когда я пришел к выводу об активном участии в деле Джошуа Гольдрайха, – зачем ему, американскому миллиардеру, все это надо. Был еще второстепенный вопрос. Как все это будет преподноситься? Такая мощная одновременная акция должна и преподноситься красиво. Сомнения рассеяла Александра. Она опознала в Леопольде да Салазаре беглого террориста Пьера Лальера. Чего может добиваться такими действиями Пьер? Только освобождения матери. Он выступает главным действующим лицом. Сначала акция в России – устрашение. Потом акция в Кольмаре – угроза, потом акции в трех городах Европы – для вероятности удовлетворения требований. И угроза еще нескольких дополнительных акций в различных городах, если требование не будет удовлетворено. Вы понимаете, что такое паника целого континента? Это развал всех инфраструктур, это массовое бегство друг от друга, исход из больших городов, остановка производства и средств связи. Правительства всех европейских стран стали бы требовать от Франции уступок террористам.

А потом…"

"А потом в дело бы вступил Джошуа Гольдрайх. Он бы скупил остановившиеся предприятия за бесценок и превратился бы таким образом почти в хозяина Европы. Он все организовал. Он все подготовил и рассчитал. Он даже создал и финансировал движение «Черный ангел» в российских республиках только с целью вовлечения в многоходовую долгосрочную операцию. И при этом он остался бы в тени. Никто не подумал бы считать его террористом, даже если он лично будет принимать участие в каких-то мероприятиях. Он скроется. И будет действовать из-за кулис. И заработает на этом ни один миллиард.

Вот, в принципе, и все…

– Может быть, так все и будет, – посмотрев на часы, сказал Костромин. – Но мы дождемся момента, когда террористы начнут действовать. Порошок мела не причинит людям вреда, даже если он посыплет хлеб булочника из Кольмара. Аресты начнутся только в самый последний момент, после предъявления требований. Андрюша, нам пора…"