Дивергент

Я опускаю взгляд в пропасть, на черную воду, зазубренные камни. Вода ударяется о стену и брызгает вверх, оседая каплями на мое лицо. Он боялся, когда стоял здесь? Или окончательно решился прыгнуть и это было легко?

Кристина протягивает мне стопку бумаг. Я достала копии всех отчетов, которые выпустила Эрудиция за последние шесть месяцев. Выбросить их в пропасть не значит избавиться от них навсегда, но, возможно, мне станет легче.

Я смотрю на первый отчет. На нем фотография Жанин, представителя Эрудиции. Ее взгляд пронзителен, но в то же время притягателен.

– Ты когда-нибудь ее видел? – спрашиваю я Уилла. Кристина комкает первый отчет и швыряет его в воду.

– Жанин? Однажды, – отвечает он."

"Он берет следующий отчет и рвет в клочья. Обрывки осыпаются в воду. Он делает это без злобы в отличие от Кристины. Мне кажется, что он участвует в этом, только чтобы доказать мне свое несогласие с тактикой своей бывшей фракции. Верит он в их слова или нет, остается неясным, и я боюсь спрашивать.

– До того как стать лидером, она работала с моей сестрой. Они пытались изобрести более долгоиграющую сыворотку для симуляций, – говорит он. – Жанин такая умная, что это видно еще до того, как она раскроет рот. Как… ходячий, говорящий компьютер.

– Что…

Я бросаю листок через перила, сжав губы. Надо просто спросить.

– Что ты думаешь о ее словах?

Он пожимает плечами.

– Не знаю. Возможно, это неплохая идея – иметь больше одной фракции в правительстве. И возможно, нам не помешает больше машин и… свежих фруктов…

– Ты ведь понимаешь, что никакого тайного склада, где все это хранится, нет? – К моему лицу приливает жар.

– Да, понимаю, – отвечает он. – Просто я думаю, что комфорт и процветание – не самое главное для Альтруизма, но могут стать таковыми, если к принятию решений привлекут другие фракции.

– Потому что дать подростку-эрудиту машину важнее, чем еду – бесфракционникам, – фыркаю я.

– Потише. – Кристина гладит Уилла по плечу. – Мы собирались устроить легкомысленное символическое уничтожение документов, а не политические дебаты.

Я проглатываю возражения и смотрю на стопку бумаги в руках. Уилл и Кристина в последнее время часто прикасаются друг к другу без особой необходимости, я это заметила. Или нет?

– Однако из-за всего того, что она говорит о твоем папе, – добавляет он, – я ее почти ненавижу. Не представляю, какой прок в том, чтобы говорить такие ужасные вещи.

Зато я представляю. Если Жанин заставит людей поверить, будто мой отец и остальные лидеры Альтруизма испорчены и ужасны, люди поддержат революцию, которую она намерена осуществить, если ее план действительно в этом. Но я не хочу больше спорить и потому просто киваю и бросаю оставшиеся листки в пропасть.