Дитя подвала

– Судя по всему, тебя гложет какой-то вопрос, – предположил Артур. – Не стесняйся, задавай.

– Покажи свои руки, – глухо приказал Сергей, наводя на сына ружье.

– А то что? Застрелишь меня? – прищурился парень. Казалось, Артура совершенно не пугал нацеленный на него ствол.

– Нет. Я буду стрелять по ногам.

– Я предлагаю тебе игру, – вдруг сказал Артур. – Выбирай руку, правую или левую. И я покажу, что у меня есть. От этого будет зависеть, как ты умрешь.

Малышев взвел курок.

– У тебя три секунды. Показывай руки. Шутки закончились.

На губах Артура заиграла злобная улыбка.

– Шутки закончатся, когда я так решу.

С этими словами он принялся медленно раздвигать руки в стороны. Левая держала две аспидно-черные розы. Цвет был таким насыщенным, словно бутоны предварительно окунули в гудрон. В правой был какой-то предмет продолговато-треугольной формы, плотно обернутый черным полиэтиленом.

– Что в пакете? – хрипло спросил Малышев. – Еще одна рука? Или набор отрезанных членов?

Его указательный палец подрагивал, вот-вот норовя утопить спусковой крючок, и он прилагал последние усилия, чтобы не расстрелять в упор собственного сына."

"– Это тебе на похороны, – обронил Артур, небрежным движением кидая розы под ноги отцу. – Цветы не окрашены. Я действительно нашел в нашем городе черные розы. Правда, и цена на них кусается, но разве мне жалко денег для собственного папаши?

– Что в пакете?!! – взревел Малышев.

Лицо Артура исказила звериная гримаса, и тут же прозвучал сухой щелчок. Спустя мгновение левое плечо Сергея резанула хлесткая боль. Ружье в его руке дернулось, и он непроизвольно нажал на спусковой крючок. Прогремел выстрел, из ствола вырвалось облачко дыма.

Артур покачнулся и, обернувшись, взглянул на изрешеченную дверь. Одна из дробин сорвала клочок кожи с его шеи. Пощупав ранку, парень уставился на покрасневшие от крови пальцы.

Сергей хрипло дышал, держа перед собой ружье. Он предпринял еще одну попытку выстрелить, но в ответ раздалось лишь тихое клацанье.

«Правильно, – подумал он, проклиная себя за то, что не перезарядил стволы. – Первый выстрел в окно. Второй сейчас. Третьего не дано… А пистолет в кармане куртки…»

Он скосил взор на онемевшее плечо, которое стегало жгучей болью. Из раны уродливым отростком торчала арбалетная стрела.

– Отлично, – заговорил Артур. – Счет, можно сказать, равный, 1:1.

– Я разорву тебя, – тихо произнес Малышев, поднимаясь с кресла.

Артур закивал с понимающим видом, словно имел дело с умалишенным.

– Конечно. Ты попытаешься это сделать, – произнес он успокаивающим тоном. С гулким стуком он бросил арбалет на пол, после чего раздвинул полы пиджака, вытаскивая из-за ремня столовые ножи с устрашающе-громадными лезвиями.