Дитя подвала

Парень расстегнул ножны, зачарованно разглядывая нож. Лезвие было широким и потемневшим от времени, с застарелыми царапинами. И очень-очень острым.

Облизнув кровоточащие губы, Артур выпрямился, держа в руке нож. Затем впился взглядом в затылок отца.

– Хочешь реванша? – внезапно подал голос Сергей. Он смотрел на поплавок, делая вид, что увлечен рыбалкой, но Артур видел, что боковым зрением отец внимательно следил за каждым его движением.

– Я тебя понимаю, – кивнул Малышев. – У самого кипит кровь, когда хочется отыграться и видеть перед собой поверженного врага.

Аккуратно положив удочку на траву, он встал и повернулся к Артуру, все так же неподвижно стоявшему с ножом.

– Значит, я твой враг? – глухо произнес Артур.

– Я могу дать тебе фору, сынок, – сказал Сергей, словно не расслышав сына. Он вновь раскрыл перочиный нож, которым минуту назад распотрошил окуня. – У меня будет этот ножик, а у тебя – тот, что ты держишь в руке. Ко всему прочему, я буду действовать только левой рукой. Правую я спрячу за спину и обещаю, что просто забуду о ней. Как будто у меня ее и не было. Я однорукий, больной, стареющий мужичок, который устал от жизни и страдает бессонницей, и в моем распоряжении лишь жалкий перочинный ножик. А ты молодой, пышущий здоровьем парень, и в твоих руках боевой нож, выкованный из камазовской рессоры. Знаешь, что им делали в Афгане, пока он не очутился у меня? Днем вскрывали консервы, резали хлеб, иногда, когда бывала, колбасу. А ночью вспарывали животы. Рассекали глотки. Вырезали глаза и гениталии. И так по кругу. Проверим, кто сильнее? Ты готов, Арчи?

Артур всхлипнул, продолжая стоять как статуя."

"– В прошлый раз мы обсуждали общение с гопниками. А теперь представь, что ты нарвался на полных отморозков, – улыбнулся Малышев, медленно приближаясь к сыну. – У тебя и у них ножи. Не забывай, что по своей форме нож всего лишь инструмент. Зато в умелых руках он может создавать самые настоящие шедевры. Итак, что ты будешь делать, Арчи? Ты что-нибудь знаешь о кровотечениях? Капиллярное, венозное, артериальное?

Оказавшись рядом с сыном, он сделал резкий выпад вперед, но Артур успел отпрянуть, и отточенное лезвие лишь вскользь царапнуло его футболку, выпустив наружу несколько перерезанных ниточек.

– Самое опасное – артериальное, – безмятежно продолжал Сергей. – Кровь из рассеченной артерии бьет со скоростью 70 миллилитров в секунду. При повреждении крупной артерии, например, как бедренная, смерть от кровопотери наступает буквально через пару минут.

Артур взмахнул ножом, но отец пригнулся, с демонстративной легкостью уйдя от удара. При этом он словно ненавязчиво полоснул ножом предплечье сына, тут же отскочив в сторону. Артур испуганно охнул, попятившись назад.