Дикое поле

Зачем Алтын-карге обманывать гонца, который принес ему вести о похищенном сыне? Значит, он не врал, когда сказал, что Макара ищут стражники Азис-мурзы. Конечно, они искали не определенного человека, а того, который ночью уплыл в Крым. Откуда начальник ханской стражи узнал об этом? Только от предателя, затаившегося здесь, в Азове. Услышав, что изменник выходит из крепости к татарскому разъезду, кочующему по степи, Федор еще больше помрачнел и опустил голову.

— Гнида, — процедил он сквозь стиснутые зубы. Лицо его закаменело, резко обозначились скулы, глаза почернели от гнева.

— Давить эту гниду нужно, — вздохнул Макар. — Найти — и к ногтю!

Есаул не ответил. Легко сказать: «Найти!» И так всю голову сломал, выискивая вражеского лазутчика, к каждому присматривался, чуть ли не обнюхивал, как собака, прислушивался к разговорам, а не нашел. Сам Федор постоянно у всех на виду, а предатель спрятался среди многих сотен людей, и попробуй вытащить его на белый свет. Он прекрасно понимает, какая участь его ждет, если попадется. Любого казака, завязавшего кривую дружбу с ордынцами, круг приговорит к лютой смерти! А умирать никому не хочется, даже гниде.

С той поры, как принес погибший серб страшную весть об измене, Паршин не знал ни минуты покоя. Уже начал за собой замечать, что пытливо вглядывается в глаза каждому казаку, прикидывая, не он ли продал своих братов басурманам? Тяжко жить, неся такой груз, будто холодный камень, сдавивший сердце. И главное, сколько ни скрывайся от вражеского глаза, он все равно все видит и доносит в орду! Вот лихоманка!

Теперь новая печаль — с кем ловить в степи татарскую заставу? Люди для такого дела нужны надежные и проверенные, на которых нет даже тени подозрения. И еще думай, как скрывать от предателя свои приготовления, не предупредить его об опасности собственными действиями? Чтобы прищучить татар, не меньше двух десятков казаков потребуется, а об этом непременно узнают другие казаки. И лазутчик узнает. Вот и возьми его к ногтю, ежели сам стоишь под фонарем, а он — во мраке. Ты шагнул вперед, подняв над головой фонарь, а он отбежал подальше в темень и смеется: попробуй, излови!

— Теперь ниточка к этому гаду есть, — напомнил о себе Яровитов. — Татарская застава в степи.

— Ниточка? — поднял голову Федор. — Слушай, навряд ли они через степь идут: долго! Скорее связь с Крымом держат через море. Лодку в плавнях спрятать нетрудно, а в условном месте на ордынском берегу ждут наготове верховые.

— Хочешь с двух сторон ударить? — прищурился Макар. — Одни пойдут перенимать в степи татарский разъезд, а другие проверят плавни?

— Да. Никому нельзя дать ускользнуть, иначе вся затея пойдет прахом.