Дикий

Обе половины Этана нервничали, но были в замешательстве.

– Что… – пришлось откашляться, чтобы продолжить… – черт возьми, происходит? – Он хотел, чтобы его тон казался небрежным, но голос прозвучал почти пискляво, и Этан смутился, хоть это и было вызвано всего лишь отсутствием практики. Он слишком давно не был человеком, а кошка была не особо сильна в разговорах.

Хватка чуть ослабла, и его тюремщик замер, как будто ждал, что Этан снова станет вырываться. Этан не двинулся с места.

– Я Брэм. – Ответ так ответ.

Ах да. Один из них. Тогда, много лет назад, Брэм прятался за спинами других, тощий, испуганный, весь усыпанный синяками подросток. Он не трогал Этана, по крайней мере не подходил к нему. Нужно быть начеку, но не паниковать попусту.

– Брэм, – повторил он.

– Да.

Этан ждал разъяснений, но их не последовало.

– Эээ, почему ты меня так держишь?

– Прости."

"Слова напугали Этана – он не мог понять, за что незнакомец извиняется, – хотя он старался не показать этого, потому что волки могли учуять что угодно и любили этим похвастать. Лицо Брэма снова прижалось к его затылку, нос скользнул по горлу, и Этан почувствовал, как расслабляется. Хотелось повернуться, обнять волка в ответ. Глупый человек был таким же слабым, как ему и запомнилось. Неудивительно, что кошка такой мертвой хваткой вцепилась в его сознание. Это был единственный способ выжить.

– Этан. – Даже голос Брэма действовал на него успокаивающе. – Я держу тебя, чтобы ты не напал на меня.

Все его тело изумленно дернулось при этих странных словах. «Нет, вранье», – поправил он себя. Этот волк лжец. Правда, если бросить это ему в лицо, лучше не станет, надо узнать, что происходит. Поговорить с Брэмом, чтобы проверить, не скажет ли тот еще что-нибудь. Боже, Этан так давно ни с кем не разговаривал, однако задать вопрос оказалось не слишком сложно:

– Зачем мне на тебя нападать?

Брэм положил подбородок Этану на плечо.

– Волки и кошки не особо ладят.

Бред; это даже и близко не похоже на правду. Лила, его, можно сказать, вторая мать, тому доказательство.

– Почему тогда не посадить меня в клетку?

– Я тоже оборотень. Я знаю, что клетки сводят с ума.

Дверь распахнулась, и, к своему смущению, Этан вздрогнул и шумно втянул в себя воздух. Брэм утешающе сжал руки, и Этан попробовал успокоиться, хотя двое на одного, когда он человек, к тому же истощенный, расклад не из лучших.

– Все хорошо, – заверил его Брэм. – Это Даг. Он уже был здесь раньше. Мы думаем, тебе нужно поесть.

– Мне нужно в туалет. Мой мочевой пузырь сейчас лопнет. – Этан опустил глаза на руки, которые обнимали так крепко.

Последовало долгое молчание, два волка словно пытались переварить эту информацию. Они смотрели друг на друга, пока Даг не кивнул.

– Отпусти его.