Дикий

Этан понесся домой, к Брэму, который был слишком уязвим, потому что оставался в человеческой форме и ждал его.

Он бежал почти полчаса, мимо деревьев и продираясь сквозь кусты. Ему отчаянно хотелось убедиться, что Брэм в безопасности. Он чуть не пропустил его, пока мчался к задней двери. Волк перерезал ему дорогу, и Этан резко остановился и уставился на него.

То, что Брэм стал волком, означало, что он почувствовал опасность, правда, если повезет, не такую, с какой столкнулся сам Этан.

Как Брэм узнал об опасности, не имело значения, им надо было бежать. Брэм явно думал так же, судя по кивку, который словно бы говорил: «Пойдем».

Этан знал, что делать. Он тщательно изучил здешние места в первый месяц, когда еще не мог заставить себя верить Трэю. Неподалеку находилась пещера, где они могли укрыться, та самая, которую он приметил на случай побега, если вдруг дружелюбные волки обратятся против него. Отсюда примерно часа четыре. Вполне приличное расстояние, ведь им нужно убраться как можно дальше, перекинуться, поговорить и изучить ситуацию.

Брэм позволил Этану вести.

Этан был быстрее, а Брэм – выносливее, несмотря на худобу. Из-за Этана им приходилось несколько раз останавливаться, и почти четыре часа спустя Этан наконец завел Брэма в пещеру.

Они повернулись и посмотрели друг на друга. В звериной форме оба чувствовали себя неловко, хотя они вполне свыклись с ролью любовников в человеческой. Этан просто подошел ближе и, заурчав, ткнулся лбом в морду и шею Брэма — в ответ его лизнули.

После взаимного утешения Этан отошел, чтобы перекинуться в человека. Потому что, видит бог, им необходимо поговорить. Обращение дважды за такое короткое время ничего хорошего не сулило, и Этан подобрался, готовясь к принудительной перестройке мышц и костей. Он выпал в серое ничто, а потом вокруг почернело.

Когда он очнулся, то не знал, где он и какого хрена ему плевать, что рядом, тяжело дыша, на боку лежит волк.

Он знал только, что это друг. Этан подполз поближе, и на него нахлынули воспоминания. Брэм. Его любовник. Волк. Побег.

У Брэма, смутно вспомнил Этан — два обращения за день мешали нормально соображать — были проблемы с превращением в человека. Так что Этан сел рядом, гладя теплый темный мех, пока он не начал втягиваться в кожу. В какой-то момент Этан даже запел — ту самую песню, что играла по радио по пути домой, прежде чем переключиться на Битлз, песни которых пела ему мать. Что угодно — лишь бы выманить Брэма в человеческое тело.

Это сработало. Волк уменьшился, и за его очертаниями проступил человек — поначалу без сознания, но он тут же пришел в себя, такой же сбитый с толку превращениями, как и Этан. Брэм заморгал, в его глазах появился и обнадеживающе быстро исчез страх.

- Кто?

- Привет, Брэм, это Этан.