Дикий ангел

 – Она сломанная, грязная!

– Это верхний слой! Под всем этим живёт тот день, когда я увидел тебя и всецело захотел себе! И твой день тоже, Уль! Когда пришла ко мне! Когда сравнила меня со своим домом! Это всё не отнять!

– И как ты всё это себе представляешь? Сейчас вернёмся домой и сделаем вид, что пара?

– Нет! Не бойся!! Я не тороплю тебя! Ни в постель, ни в ЗАГС! Для начала просто разреши себе моё участие! Я тут, я рядом, я твой! Не обижу, не ударю, не прогоню! Я полностью в своей семье!!

В грудной клетке происходит взрыв и нервов касается россыпь искр.

– Если так, то…

– Так!! Только так!

– Не жди от меня помощи! Я не побегу к тебе навстречу! Пока я лишь буду стоять и наблюдать!

– Согласен!! – взбудоражено вздыхает и улыбается. – Люблю тебя, Улька!! Так люблю! – слегка жестковато припадает к моей щеке губами, на эмоциях пережимает кожу. Его глаза словно подсвечены изнутри, там целый звездопад.

– Поедим? – смущённо переключаю его внимание, чтобы выкрасть себе хоть минуту на размышление."

"Что сейчас произошло??? Я призналась в любви? Я сошла с ума?? Я дала ему шанс? Как это остановить? А если он опять сделает больно? Ему можно верить? Он старается из-за дочки или действительно потому, что любит меня?

– Официант!! – оглушает меня Феликс, оборачиваясь к стойке, где тусуются работники ресторана. – Мы определились с заказом! – и вернувшись ко мне взглядом, счастливо улыбается.

Глава 17

УЛЬЯНАЧто-то непонятное и зыбучее охватывает меня во сне, обтягивает с ног до головы. Это не смахнуть. Да и не хочется. Оно лёгкое, но держится крепко. Неясное томление идёт дрожью по телу. Я застреваю между сном и явью, в воздушной полудрёме. На краю сознания развивается мысль, что меня это не пугает. Зачарованное состояние. Охмеление. Мне тепло и спокойно.

– Ангел… – окутывает мягкий шёпот. По коже ползёт щекотка. Играю пальчиками на ногах, чтобы распустить это ощущение пушистости. Но всё равно чувствительных пяток касается лёгкий холодок. Покрываюсь мурашками и дёргаюсь.

– Чшш… это я! – успокаивает ласковый голос и в следующий миг моего колена касаются губы. – Долго держалась! – приглушённо смеясь, поднимается к моему лицу Феликс. – Раньше прям сразу вскрикивала…

– Отвыкла… – сиплю, разбирая в полутьме мужской силуэт. – Тебе делать нечего, Громов? Спать не пробовал? – сворачиваюсь обратно калачиком, укрываюсь одеялом.

– Ещё высплюсь! – ложится рядом, подкладывая под голову руку и заглядывает мне в глаза, словно хочет прочесть мысли.

– А пока буду глазеть, как извращенец, и развлекаться со спящим человеком, как угодно моей обнаглевшей душе! – с недовольством перевожу на человеческий язык. – Куда дел моего ребёнка? – на его месте была Злата, впиваюсь в папашу испытующим взглядом.