Дикий вьюнок (СИ)

Амулет… это снова он! Что же князь на меня такое повесил? Зачем?

Услышав шипенье, князь затормозил и удивлено оглянулся.

— Все-таки нашел достойный способ меня убить? — почти задыхаясь от боли, спросила я. Ладонь будто прилипла, хотя боль от этого ничуть не уменьшилась. — В чем твой план, князь? Придушить меня особо изощренным методом? Медленно, чтобы я все понимала?

— Кого? Тебя? — скучающе поинтересовался князь. — Одну из двух сотен замковых служанок? Никому не известную шай-парс? С чего ты решила, что меня волнуют такие мелкие пешки?

— Потому что твой амулет что-то делает со мной временами! И сейчас он меня душит!

На миг он замер. А потом моя ладонь сама собой отлипла от кожи и я тут же сжала ее пальцами другой руки. Вроде все нормально, кожа в порядке, ни ожогов, ни царапин нет.

Раньше, чем я успела что-нибудь придумать, Янош подошел вплотную, поднял руку и секунду помедлив, крепко обхватил ладонью мою шею. Пальцы плотно легли поверх цепочки, тепло чужой кожи необъяснимым образом оказало обратный, охлаждающий эффект. Потом рука толкнула меня к стене, в которую я тут же уперлась спиной.

Пустой во все стороны коридор, полумрак и оглушительно громкий звук стучащего сердца. Моего?

И в тот же миг в его безучастных глазах расплылась тьма.

Это было одновременно больно и утончено приятно. Прикосновения на грани дикого, агрессивного нападения чужой силы, окутавшей кожу наподобие шершавой ткани, дискомфортной, но одновременно остро будоражащей. Влияние нахлынуло таким одурманивающим потоком, что невозможно было пошевелиться и я смотрела в его глаза, пока по телу бегали колкие ледяные искры чужой власти. Безусловной власти сильнейшего.

В затуманенном сознании мелькали мгновения, пришедшие из жизни других, незнакомых людей, будто из окружающего воздуха в моем сознании проявились куски парящей вокруг бестелесной памяти — сон, полный чего-то жаркого и неприличного; ночная мгла, ревниво скрывающая нечто запретное; кованая дверь, запревшая от чужих глаз крошечный неприглядный секрет.

Они неловко кружились вокруг, задевая краями пространство между мной и князем, и походили на легкокрылых мотыльков, беспечно летевших на смертельный свет. Некоторые из тех, что приближались слишком близко, шипели и сгорали на огне его силы, и только невидимые тонкие струйки дыма окончательно растворялись вместе с остатками чужих воспоминаний.

Когда окружавшая тело взбитая в пену темная сила испарилась, сползла по коже на пол и растаяла, глаза Князя приняли привычную форму — ровная радужка, круглый зрачок, практически немигающий взгляд.

— Шайнарская магия не признает магии круоргов. Совершено не переносит присутствия поблизости, а в твоем случае еще и активно сопротивляется, пытаясь разбить ее ограждающие оковы.