Дикий мед

Потом развернулся и направил лодку в открытое море, где через некоторое время солоноватый морской ветерок и прыгающие и кувыркающиеся в воде дельфины снова заставили глаза Домини разгореться любопытством и весельем.

— Как твоя головная боль? — крикнула Домини, стараясь перекричать пение пены и шум лодочного мотора.

— Гораздо лучше, — бросил он через плечо. — Дельфины сегодня очень игривы, да? Посмотри на этого бронзово-голубого парня, он очень отважен.

Большой дельфин был и на самом деле даже слишком смел, несколько раз он качнул лодку, едва не опрокинув Домини в воду. Когда она, смеясь, ухватилась за борт, Поль велел ей быть осторожнее.

— В этих водах водятся не только дельфины, — добавил он.

Он имел в виду акул и не позволил Домини нырнуть в воду, пока они снова не оказались в коралловой лагуне, где рыба была слишком мелкой, чтобы привлечь жестоких и жадных морских тигров-акул.

Домини очнулась от задумчивости; сидя у озерка в скале, она надолго погрузилась в свои мысли. Домини поднялась и уже бежала к полоске прибоя, чтобы сполоснуть ноги, когда что-то укололо ей левую ступню, и она невольно вскрикнула от боли.

Домини наступила на колючего морского ежа и, взглянув на ногу, заметила несколько темных колючек, проникших под кожу. Домини хорошо знала, если их сразу не вытащить, они обязательно воспалятся и вызовут заражение. Потому она присела на ближайший валун и попыталась извлечь их ногтями.

— Что ты сделала? — К ней подошел Поль.

— А, — она взглянула на него сквозь крылья опустившихся на лицо волос, — только наступила на морского ежа и поймала несколько его иголок.

— Дай-ка я сам посмотрю. — Он встал перед ней на колени и поставил себе на руку ее маленькую ногу. Через мгновение он поднял глаза. — Нужны щипчики, но если ты наступишь на ногу, колючки войдут еще глубже. Давай я донесу тебя до дома.

— Не по этому же крутому подъему на скалу, Поль! — Она отпрянула от него, нервно рассмеявшись. — Я немного поправилась после приезда в Грецию.

— На унцию или две? — засмеялся он. Его теплые руки сомкнулись вокруг Домини, и он легко поднял ее, прижав к своей обнаженной груди, где греческая золотая медаль запуталась в поросли темных жестких волос. Когда она уже лежала в его руках, взгляды их встретились, потом его взгляд передвинулся на ее шею, где пульсировала голубая жилка под нежной кожей медового цвета.

— Ты все еще нервничаешь в моих руках, Домини? — посмеялся над ней Поль. — Пора бы уже и привыкнуть.

Он спокойно и уверенно двигался по песку и нес ее через песчаный пляж под арку пещеры, ведущей к дому. Теперь их накрыла тень, подсвеченная светом морской воды, и Домини чувствовала сильное биение его сердца, так, словно оно касалось ее груди.