Дикий мед

 — Домини надеялась, что его сестра не сообщит ему о ее слабости несколько минут назад, и внимательно наблюдала в зеркале, как он подошел к Каре и, наклонившись над ней, взял в ладони ее посерьезневшее личико.

— Почему такая грусть, малышка? — улыбнулся он. — Мне показалось, ты рада возвращению своего брата. Ты щедро наградила меня поцелуями, когда мы встретились во дворе у машины.

Кара смотрела на него снизу вверх и подняла руку к его черным волосам и кривому шраму на виске.

Она заговорила с ним по-гречески, и Домини, начинавшая понемногу учиться языку у Поля, кое-что понимала и была совершенно уверена, что Кара сказала что-то о его головных болях.

Домини не поняла его ответа, но прозвучал он небрежно. Он сразу поспешил добавить по-английски:

— Ну, Кара, как ты думаешь, какой подарок я привез тебе из Афин?

Девочка вся засветилась. Домини знала от Поля о страстном увлечении Кары народной музыкой. Она собирала старинные песни, особенно греческие, как другие девочки коллекционируют побрякушки или мальчиков. В комнате у нее хранились целые горы нотных записей, и она умела играть на нескольких музыкальных инструментах. В одном из маленьких и незаметных магазинчиков на Плаке Поль разыскал очаровательную мандолину и распорядился переслать Каре.

— У нее изумительное звучание, — восторгалась девочка. — Сегодня после ужина я поиграю для вас с Домини. На таком инструменте надо играть при свете звезд.

— Будем с нетерпением ждать, — улыбаясь, ответил он. — Домини тоже очень музыкальна. Она замечательно играет на пианино.

— Домини любит музыку? — Глаза у Кары засверкали, как черные бриллианты. — Ой, как щедра ко мне судьба сегодня! Домини так же мила, как и прекрасна, да еще и играет на пианино! — Кара восторженно обняла брата. — Благодарю тебя и за мандолину, и за сестру, старший брат.

— Очень рад, что и то и другое тебе пришлось по вкусу. — Улыбка сверкнула на его темном от загара лице, и он перевел взгляд на Домини.

— Ты готова, дорогая?

Она кивнула, снова холодная и собранная, глаза ее чуть улыбались при виде юношеского энтузиазма Кары. Как она преданно любит Поля, как забавно напоминает осу в полосатой янтарного цвета рубашке и черных свободного покроя брючках, с теплым и откровенным взглядом ребенка. Кара никогда не смогла бы представить себе, каким тираном может быть Поль, и Домини завидовала ей.

С террасы перед глазами Домини развернулась пестреющая разноцветьем картина гавани Анделоса, напоминающей Венецию.