Дикий мед

— Костес далеко не сразу стал человеком со средствами, — пожаловалась Ангелика Домини, когда они следовали за мужчинами в таверну. — Я терпеливо носила потрепанные и немодные платья, теперь же, когда у меня есть в чем пофорсить, он водит меня обедать в такие грубые таверны. Греку постоянно надо доказывать, что именно он в доме хозяин, вы же понимаете!

Домини улыбнулась, но хорошо понимала только одно. Поль ожидал, что перед друзьями она станет изображать светящуюся от счастья молодую жену. Даже себе ей трудно признаться, что она не смеет противостоять ему. У него есть гордость. А как же насчет ее собственной?

Когда официант проводил их к столику на шестерых, она следила взглядом за Полем. Он на целую голову выше своих приятелей.

Таверна оказалась интересным местечком и совершенно очаровала ее, если бы не обстоятельства и не пугающая компания. Стулья вокруг старинных столов были с плетеными камышовыми сиденьями. Грубые неровные стены побелены и завешаны сосудами странных форм и народными музыкальными инструментами. На одной стене висели большие портреты красивого короля Греции и его очаровательной юной жены.

Вокруг них слышался громкий и отрывистый греческий говор, в воздухе висела дымка от жарящихся на мерцающих угольях сочных ломтей баранины и телятины и самой разной дичи. На большой плите кипели огромные котлы. Домини была тронута тем, что Поль взял ее с собой выбирать первое блюдо, мясо и овощи. Обе гречанки заказали жареных жаворонков, что привело Домини в ужас. Она ни за что на свете не могла бы есть крохотных птичек, если бы Поль заказал их. Но он, разумеется этого не сделал, и губы его чуть заметно покривились в улыбке, когда она твердо заявила, что станет есть отбивные. Еще ей захотелось жареной на растительном масле картошки, и Поль тут же приказал, пожарить свежей, со значением указывая на стоявшую в витрине под стеклянным колпаком тарелку с застывшей картошкой.

— Англичане ведь не любят подогретой пищи, верно? — заметил он, и Домини думала об этом, когда они возвращались к своему столику, где Костес заказывал ретсину — греческое белое вино с ароматом сосны.

— Тебе оно не понравится. — Поль покачал головой на вопросительный взгляд Домини и выбрал «Св.Елену» к lakerda — кусочкам нежной копченой рыбы, заказанной им вместо супа.

Ангелика и Мирра поглощали пате из икры, густо намазывая его на хлебные палочки и забрасывая Домини вопросами, не мешавшими им утолять аппетит. «Chairete!» — улыбнулся ей через стол Костес и поднял бокал с вином.

Это слово было понятно Доминио и означало «будьте счастливы.