Дикарка Жасмин

— Боже! — Лицо графа потемнело от гнева, но он старался держать себя в руках.

Сидящий в удобном кресле лорд де Мариско почувствовал, как в его душе пробуждается сочувствие к графу. Адам знал, какими несносными могут быть в их семье женщины, когда они того захотят. А Жасмин как раз и пожелала сейчас быть именно такой. Потягивая аршамбольское вино, Адам молчал, давая возможность жене самой разбираться с Гленкирком. «Единственное преимущество старости, — думал он, — можешь оставаться в стороне, когда предпочитаешь во что-нибудь не вмешиваться».

— А где лорд Стюарт? — наконец выдавил Джемми Лесли. — Ребенок официально находится под моей опекой, мадам.

— Виконт Ланди с матерью, — так же спокойно ответила Скай. — Как вы могли подумать, милорд, что внучка отправится в путешествие без детей?

— Она сознательно не подчинилась королю! — вскричал граф. — Это измена, мадам! И вы с ней в заговоре!

— Глупости! — резко возразила госпожа де Мариско. — Боюсь, вы перенервничали, милорд, и не правильно оцениваете положение.

— Ваша внучка должна выйти за меня замуж. Это обещал мне король. А она путешествует, и вы не знаете где! — цедил сквозь зубы Джемми Лесли. — Она забрала с собой королевского внука, мальчика, который официально находится под моей опекой. И после этого вы хотите, чтобы я был спокойным, мадам? И говорите мне, что я не правильно оцениваю положение! Ну нет, госпожа де Мариско! Я оцениваю его правильно. Неподчинение приказу короля и есть измена.

— Я не повиновалась королеве, которая была куда значительнее, чем этот король, — с чувством произнесла Скай. — Я должна вам кое-что сказать, но не смейте повышать на меня голос в моем собственном доме! Садитесь, граф Лесли. Я уже не молода, как прежде, хотя мне и больно это признавать. Я предпочитаю сидеть, но не хочу, чтобы вы, как черная башня, нависали надо мной. Налейте себе вина, чтобы успокоиться, и дайте мне тоже: от вашего крика у меня расходились нервы.

Скай расположилась рядом с мужем, лукаво ему подмигнув, и тот усмехнулся. Если бы она разозлилась так же, как граф Гленкирк, то недолго бы разыгрывала из себя хилую старую даму. Он был не глуп, этот шотландский граф, а Скай в своем мире привыкла управлять. Знал об этом Лесли или нет, но он вовсе не принадлежал к миру Скай О'Малли де Мариско.

Граф наполнил бокалы, как просила его Скай, и тихо выругался про себя, разлив немного вина на серебряный поднос, на котором стоял графин. Рассчитывая успокоиться, он одним глотком выпил вино, потом пересек комнату и подал бокал Скай. Затем сел напротив.

— Так почему Жасмин отправилась «путешествовать»? — спросил он.

— Она все еще оплакивает Генри Стюарта, — ответила женщина. — Сейчас она не хочет снова выходить замуж, милорд.