Дикая война

Так приговаривая, он поглаживал её по плечу, пытаясь хоть как-то успокоить. Тихо всхлипнув, тётка вздохнула и, кивнув, улыбнулась:

— Хочешь чего, сынок?

— А достань рыбки копчёной, мама Глаша. И картошки свари, — подумав, попросил парень.

— Может, ещё чего? — подобралась тётка.

— Так а чего ещё-то? Если только зеленушки всякой с огорода, — хмыкнул Мишка, осторожно почёсывая в затылке.

К его вящему удивлению, крестьяне в этих широтах умудрялись выращивать всё. От картошки и репы до огурцов и лука. Так что его заказ можно было назвать вполне обдуманным. Свежая зелень в этих местах была ещё одним серьёзным источником витаминов. Пока тётка шуршала по дому, он успел приладить к полочкам боковины и, задумчиво оглядев получившуюся конструкцию, покачал головой. Тут просто жизненно необходима была резьба. Для придания лёгкости и завершённости.

Разобрав полку, он взял в руку карандаш и принялся аккуратно наносить на боковину рисунок. Вырезать фигурки животных Мишка не собирался. Для этого у него таланта художника не было. А вот изобразить что-то вроде фигурных разрезов — на это его вполне хватит. Представив, как это всё может выглядеть, парень принялся рисовать. Закончив одну боковину, Мишка взял маленький коловорот из набора, оставленного ему Саввой, и принялся сверлить.

Медленно, осторожно, так чтобы сверло не выскочило за линию рисунка. Закончив сверловку, парень взял тонкую стамеску и начал срезать дерево в промежутках между отверстиями. К тому моменту, когда картошка сварилась, он успел вычистить первую прорезь. Перекусив, он вернулся к работе. Глафира, умудрившись за полчаса убрать со стола и помыть посуду, присела на лавку неподалёку и принялась сучить пряжу, то и дело поглядывая на его работу.

Увлёкшись, Мишка не заметил, что тётка давно уже отложила шерсть в сторону и, подперев щёку ладошкой, не сводит глаз с его рук.

— И где ты только такому научился? — удивлённо вздохнула она, не удержавшись.

— Сам не знаю. У людей всякое разное из мебели видел, вот и подумал, что для тебя такую сделать надо, — в очередной раз выкрутился он. — Я тут ещё подумал, будет время, я и остальную мебель нам соберу. А то в доме как в сарае. Пара сундуков да лавки. Даже табуреты и то старше меня.

— Ты сначала в здоровье войди, столяр, — ласково улыбнулась тётка.

— Войду, мама Глаша. Сама же знаешь, раз шевелиться начал, значит, жить буду. Ты вот что скажи. Ленка не заходила?

— Вспомнил, — лукаво рассмеялась Глафира. — Прибегала полюбовница твоя. Чуть калитку не вынесла, как в дом летела.

— А чего теперь не заходит? — поинтересовался Мишка, с подозрением покосившись на тётку.

— Дочка у неё приболела, — отмахнулась Глафира. — Да видела я её. Не сверкай глазом-то. Сказала, что очнулся.