Дядя самых честных правил 5

Идём-ка, отрок, побеседуем.

Не слушая никаких возражений, он схватил меня за локоть и буквально потащил в парк за особняком. Заведя подальше от лишних глаз, он остановился и ткнул меня пальцем в грудь.

— Я тебе что сказал, а? Колдовать не смей!

Он попытался схватить меня за ухо, но я вовремя уклонился и отступил на шаг.

— Ты что думаешь, это всё шуточки?!

От второй попытки выкрутить ухо я ушёл также легко.

— А если тебя порвёт на тряпочки, кто тебя собирать будет? Что я Хозяйке скажу? А?

— Руки, отец Лукиан.

— Руки уберите. Вы мне не родитель, чтобы за уши таскать. Ещё раз рискнёте ко мне прикоснуться, и я посчитаю это уроном дворянской чести.

Монах засопел, возмущённо глядя на меня.

— Тьфу! Говорил же, что ты старый для учёбы. Вот выдрать бы тебя как Сидорову козу, сразу бы наука дошла.

Несколько минут мы молчали, буравя друг друга злыми взглядами.

— Рассказывай, что там было, — наконец буркнул он, — какие заклинания творил?

— Не было заклинания, только чистая сила.

Я кратко пересказал ему прошедшие события, упомянув и жертвенник, и взбесившихся утопцев.

— Дурак ты, — вздохнул Лукиан, — кто же диким заложным даёт кровь пробовать? Они от этого совсем бешеные делаются.

— А кто мне об этом сказал? Дядя, что ли, лекции перед смертью читал? Или вы меня просвещаете, вместо того чтобы рябиновку хлестать?

Засопев, Лукиан надулся, как пузырь.

— Взялись учить, так учите, — продолжил я, — а не стройте из себя непонятно что. Или со мной бы ехали, если мне колдовать нельзя. А не хотите — так я в ученики не напрашивался. Сейчас же прикажу отвезти вас во Владимир, где мы встретились. И на этом закончим наше знакомство. Я вас не видел, вы меня не знаете, Шувалову скажете, что я не способен к некромантии. Всё!

— Ну, — Лукиан выставил ладонь, — туше! Признаю, был не прав. Ей-богу, что Васька, что ты — одна кровь. Когда его учил, он тоже вечно бесился.

— Значит, кое у кого беда с талантом наставника.

— Извини, — рассмеялся монах, — какой уж есть. Я тоже, знаешь ли, на эту роль не напрашивался. Ничего, придёт время, Хозяйка и с тебя такую работу потребует.

Лукиан поморщился и потёр левую сторону груди.

— Тяжело с тобой, Урусов. Уши не надерёшь, не прикажешь, хворостиной не отходишь. Придётся как с девицей, со всем пиететом.

— Вот только не надо! Я со своими ученицами как-то управляюсь, и ни одна ещё не пикнула. Дать пару уроков?

Он расхохотался, запрокидывая голову и хлопая локтями себя по бокам.

— Не смеши меня, Урусов! Не сравнивай свои деланные «умствования» с некромантией. Это не палочкой азбуку рисовать, здесь серьёзный подход нужен.

— А вот не перебивай меня. Что думаешь, я дурной, тёмный, ничего в своём монастыре не знаю? Я, дружок, даже сейчас тебе Знак Тильды по памяти нарисую.