Девушка в лабиринте

Но что совсем подкосило Бруно Дженко – те же гудки воспроизводила звуковая дорожка компьютера, стоявшего перед ним.

Это прямая трансляция.

Звук, казалось, пробудил человека-кролика. Показ резко прервался. В последнем, исчезающем кадре Бруно разглядел, как сверкнуло лезвие ножа.

Входная дверь была всего лишь притворена.

Несколько секунд Дженко смотрел на нее, стоя на лестничной клетке. Он отдавал себе отчет, что это могла быть ловушка. Банни нашел способ завлечь его сюда и убить.

Вот и хорошо, если все так закончится.

Бруно неслышно толкнул створку левой рукой, в правой держа наготове пистолет. В квартире было темно, только с улицы бросали отсвет вывески магазинов. У Бруно был с собой фонарик, но он до поры до времени лежал в кармане пиджака.

Переступив порог, детектив тут же осмотрел все углы в прихожей: не затаился ли враг в засаде. Затем маленькими шажками двинулся в гостиную.

В квартире было тихо: ни шороха, ни стука. Даже кондиционер не работал, и стояла удушающая жара. На первый взгляд все в порядке. Белый диван, палас, черная лакированная мебель, единороги. Но вопреки видимости Дженко знал: случилось что-то ужасное. Атмосфера была пропитана отрицательной энергией – так от статического электричества потрескивает одежда.

Бруно прошел в спальню. Первое, что он ощутил, едва шагнув туда, был запах – острый, едкий: такой ни с чем не спутаешь. Кровь, капая с постели, пропитала палас.

Линда недвижно лежала в темноте.

Бруно подошел к ней, по-прежнему осторожно, опасаясь подвоха. Она лежала на спине, нагая. Живот вспорот. Широко распахнутые глаза устремлены в небытие, но до сих пор полны страха. Бруно взял ее за руку, попытался нащупать пульс. Тщетно. Тогда, наклонившись, он приложил ухо к груди.

Пока дышишь, живи, вспомнил он. Но его подруга уже не дышала.

Бруно чуть не заплакал. Как такое могло случиться? Руки убитой были покрыты порезами, ноги тоже. Значит, она не сдалась, она боролась. Бруно мог ею гордиться. Вещи, лежавшие на тумбочке, он сразу узнал: его собственный бумажник и сотовый телефон, которые у него отобрали на ферме Уилсонов. Банни они уже не нужны. Он забрал единственное существо, для которого Бруно Дженко не был человеческим отбросом, достойным презрения. Единственного человека, который его любил.

Сыщик схватил телефон и набрал номер экстренной службы. Но прежде чем отправить звонок, заглянул в электронный глаз, с помощью которого убийца заснял сцену секса, завершившуюся бойней: веб-камера все еще стояла на полу. Почему он оставил здесь аппаратуру? Что, если Банни смотрит на него сейчас, в этот самый момент? Что, если роли поменялись и монстр занял место зрителя?

Погруженный в эти мысли, Бруно вышел на связь. Тогда он и услышал звук.

Ясный, отчетливый, вроде удара.