Девушка с синими гортензиями

 – Мсье Рейнольдс просил передать тебе привет.

Трое бандитов полагали, что легко смогут справиться с одиноким прохожим, но просчитались. Дело в том, что по соседству с улицей Кардине находился квартал Эпинетт, где обитали подозрительные личности всех мастей. И, чтобы обезопасить себя от их внимания, Александр всегда носил с собой кастет.

Нырнуть, приложить кастетом в колено одного, уйти от удара сзади, извернуться, ударить кастетом в голову второго, все тем же кастетом парировать нож, который достал третий, а затем бить, бить и бить, без особого ожесточения, не раздумывая, для порядка, чтобы отбить, в буквальном смысле слова, у мелких апашей охоту даже думать, что они смогут что-то сделать с ним, Александром Тамариным, было делом нескольких минут. Он остановился только тогда, когда какая-то женщина неподалеку стала кричать и звать помощь честным людям, которых убивают чуть ли не средь бела дня.

У Александра не было никакого желания объясняться с полицией, но он, как уже говорилось выше, был крайне злопамятен. Разделавшись с наемниками, молодой человек решил, что теперь по справедливости надо поквитаться с тем, кто их послал.

Он не знал Рейнольдса в лицо, однако около театра увидел Жинетту, которой помогал вылезать из машины какой-то господин, чье лицо было плохо видно в свете фонарей. От удара Александра тот отлетел на метр и согнулся в три погибели. Жинетта завизжала…

– Александр! Ты сошел с ума? Что ты творишь?

– Это он? – спросил Александр, показывая на человека, корчившегося на тротуаре. – Рейнольдс? Он подослал ко мне трех подонков, чтобы те меня покалечили.

– Нет! – отчаянно вскрикнула Жинетта. – Это не Рейнольдс, а мой старый знакомый, суфлер из «Жимназа»… Я просто его подвезла!

Буазен, раскрыв рот, смотрел то на лежащего суфлера, который стонал от боли, то на бледное от бешенства лицо Александра.

– Иди домой… – прошептала Жинетта. – Прошу тебя! А с Жожо я разберусь сама…

Рейнольдс бушевал. Швырнул на стол салфетку. Он не желает, чтобы позорили его имя, особенно теперь, когда Жинетта будет его носить, черт побери…

Актриса успокоила его, пообещала, что забудет об Александре, что это просто увлечение, как множество других увлечений в ее жизни, и она удивлена, что Жожо воспринял все так серьезно.

В конце концов Жинетта и Рейнольдс поженились и летом уехали в круиз на яхте, которую ее муж так любил. Вернувшись, актриса сразу же приступила к репетициям.