Девушка с синими гортензиями

Да я и не расспрашивал, по правде говоря.

– Можно еще один вопрос? Мадам принимала наркотики?

– Да.

– Какие именно?

– Боюсь, что все, – довольно сухо ответил доктор. – Опиум, кокаин, морфий. Я много раз говорил Рейнольдсу, что это не приведет ни к чему хорошему, но он не имел на свою жену никакого влияния, та делала, что хотела. В театральной среде тогда все увлекались разной дрянью, и мало кто устоял перед соблазном, по правде говоря.

– Ее можно было назвать наркоманкой?

– Пожалуй, нет. Во всяком случае, на момент своей смерти мадам наркоманкой не являлась. За год до того у нее случился выкидыш, и она, очевидно, испугалась.

– Вы осматривали вещи актрисы после ее смерти? Среди них не было кокаина или морфия?

– Вынужден ответить на ваш вопрос отрицательно. Там было много платьев, шляпок, вееров и тому подобных мелочей, но никаких следов наркотиков.

– Когда вы прибыли на яхту, Рейнольдс вам сказал что-нибудь? Как именно он объяснил случившееся?

– Рейнольдс был очень плох, – сердито ответил доктор. – Мне пришлось всю ночь сидеть у его изголовья. Он все время повторял: «Зачем она это сделала, зачем?»

– То есть муж думал, что его супруга покончила с собой?

– Он вообще не знал, что думать. Говорил мне, что совершенно ничего не понимает. Когда его стали обвинять в ее смерти, для него это было как гром среди ясного неба. Рейнольдс понимал, что люди его не любят, но никогда не думал, что настолько ненавидят. Если вы собираетесь задать мне вопрос, что я лично о нем думаю, скажу сразу же: он не убивал. Не потому, что он мой клиент и я считаю своим долгом говорить о нем только хорошее, а просто потому, что он этого не делал.

– Вообще-то, я собиралась задать другой вопрос. Относительно суммы в 50 тысяч франков, которую он вам заплатил.

От Амалии не укрылось, что доктор слегка нахмурился.

– Плата за дружеское участие? – любезно подсказала баронесса, наблюдая за собеседником.

– Нет, – отрезал доктор. – Плата за то, что я спас ему жизнь после сердечного приступа, когда он узнал, что его жена погибла. Это во-первых. А во-вторых, за то, что мне пришлось заняться разоренной могилой его несчастной жены.

– То есть?

– Когда в ее склеп забрались воры, Рейнольдс находился за границей. Он телеграммой попросил меня, чтобы я занялся этим делом и узнал, что пропало. Оказалось, что ничего – воры попросту не смогли добраться до украшений. Мерзавцы думали, что те находятся на теле, а на самом деле драгоценности лежали в мешочке, который Рейнольдс положил в гроб. Комиссар, который вел дело, предложил, чтобы семья забрала украшения, и я оставил их у себя до возвращения Рейнольдса. Кроме того, так как воры вскрыли тройной гроб умершей, его пришлось заменить, а затем перезахоронить тело.