Девушка на выданье

Он хорошо знал, что основная причина того, что большая часть холостяков старалась избегать появления в Олмаке, заключалась — помимо естественного предпочтения более веселого времяпрепровождения — в желании держаться подальше от вековых тенденций сватовства. Не случайно этот зал городские денди насмешливо именовали «рынком невест».

Ричард стоял с краю, пока члены комитета окидывали придирчивым и строгим взором своих новых членов. Успев узнать мнение Хелены о так называемом бомонде, он бы не удивился, если бы она отнеслась ко всей процедуре с презрением — с чувством, которое не было чуждо его собственному. Бросив на нее быстрый взгляд, когда она делала сверхэлегантный реверанс, он был не в силах подавить приступ внезапной грусти. Облаченная в очень простое платье-тунику из бледно-персикового атласа, которое повторяло все изгибы ее тела, Хелена стояла прямо, с гордо поднятой головой и с непроницаемым выражением лица, в ожидании, пока патронессы вынесут ей свой приговор.

Сжав зубы, Ричард сделал глубокий вдох, стараясь не обращать внимания на бешеное биение сердца, в то же время изо всех сил стараясь убедить себя в том, что эти непонятные эмоции, которые овладевали им всякий раз, когда он оказывался возле нее, были просто нормальными мужскими реакциями на ее красоту.

Легкий тычок бабушкиного локтя в бок вернул его к действительности. Вздрогнув, он увидел, что все пять дам смотрели прямо на него, словно чего-то ждали. Поняв, что он так погрузился в свои размышления, что не замечал происходящего вокруг, он слегка покраснел и посмотрел на бабушку, глазами задавая ей немой вопрос.

— Они ждут, чтобы ты попросил разрешения потанцевать с Хеленой, — шепнула она, тоже испытывая смущение.

Взяв себя в руки, Ричард вышел вперед и со свойственной ему галантностью совершил требуемый ритуал, в то время как каждая из дам-патронесс по очереди оказала ему честь, кивком выразив согласие на его просьбу.

Когда граф проводил Хелену до ее места, она поблагодарила его улыбкой, и чувства раздражения и недоверия, владевшие ею с первого момента появления в зале, начали исчезать. Она никогда не жаждала стать частью высших слоев общества; весь этот вздор поразил ее как абсурдно претенциозный и нелепый, не говоря уж о чувстве уязвленного самолюбия, которое он вызывал. И чего только все матери хотят выдать свою дочь замуж за любого человека, принадлежащего к этому обществу! Это было выше ее понимания."

"Поднеся к лицу веер, она исподтишка поглядывала из-за него на Маркфильда, занятого разговором со своим кузеном. Она не могла не признать, что, в отличие от большинства других мужчин, присутствовавших на этом вечере, граф выглядел потрясающе во фраке.