Девушка без сердца

Не очень высокая, худенькая, даже хрупкая, с точеными, немного острыми чертами лица, роскошными темными волосами, собранными в простую прическу. Настоящая королева, истинная повелительница, хотя, думаю, если бы кто-то ее так назвал, ей вряд ли бы это понравилось. Королева — глава государства, а не украшение дворца, и ответственность она ощущала. Сейчас, как я понимала, особенно.

— Комиссар Артур, — выдохнула она, не дожидаясь, пока тот закончит традиционный поклон. Я тоже все смазала, хорошо, что никто этого не заметил. — Капитан Мэрианн. Мне жаль, что я была вынуждена оторвать вас от дел. Мне жаль, что репутация Академии под угрозой. — Она покачала головой, и в ее волосах блеснули почти незаметные крошечные бриллианты. — Я даже не знаю, как реагировать, что сказать иностранным послам. Что сказать прессе. Конференция через два часа.

В приемной была, кроме нас, тьма народу. Министры, адъютанты, секретари, королевские референты. И ее величество всех удивила, когда продолжила:

— Комиссар, капитан, и вы, Джон, — и королева изящно указала рукой на одну из дверей, ведущих в личные переговорные. — Прошу вас, мне нужно с вами кое-что обсудить.

Глава четвертая

Сидеть в присутствии королевы недопустимо. На редких фото, которые попадаются мне на глаза, исключение делается разве что для глав государств: президент Фанданской Конфедерации может сидеть, а вот премьер-министр — уже нет. Наш премьер тоже стоит, хотя он уже немолод, но протокол есть протокол.

Поэтому я не была готова к тому, что случится в личной переговорной королевы. Нас пропустили, предупредительно распахнув двери — не по нашу, конечно, с комиссаром честь, и даже не по честь Джона Дональда, — и мы оказались в небольшой холодной комнате, где шпарил кондиционер и ощущение стылости усиливалось благодаря голубым и синим цветам. Джон ловко отодвинул кресло ее величества, она села, секунду помедлила и предложила:

— Прошу, господа, садитесь. Разговор будет не самый простой...

Сперва я подумала, что ослышалась, поэтому хлопала глазами. Комиссар тоже недоумевал: у него опыт присутствия при дворе был обширнее, но и он не знал, как реагировать. А с другой стороны, кто может заставить королеву повторять просьбу дважды?

На помощь пришел умница Джон. Он легко постучал по спинке ближайшего ко мне кресла, и тогда я уже села со спокойной душой. Комиссару пришлось хуже: под его весом кресло протестующе скрипнуло, так что я начала опасаться, что моему шефу придется всю беседу просидеть мало того что не шевелясь, так еще и порядком напрягшись. Последним свое место занял Джон, и ее величество обвела нас всех уставшим, измотанным взглядом.