Девственница на три дня

Ее губы сомкнулись, и я отвел взгляд так, будто в жизни не видел ничего более сексуального. Она явно терялась под моим пристальным взглядом. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы перестать на нее глазеть и заняться своей тарелкой.

Мне хотелось расспросить ее о многом. Кто она, откуда? Есть ли у нее семья? Как, черт возьми, она попала в эту историю? Было понятно, что такой, как она, эта роль совершенно не подходит. Хорошая девочка, явно попавшая в скверную ситуацию.

Но я помнил, как она среагировала на мой вопрос в самом начале, поэтому не стал давить. Придет время, я спрошу. Позже, пусть еще немного обвыкнется.

– Красивая татуировка, – сказала она вдруг.

Я сжал вилку, стараясь не выдать своего раздражения.

Татуировка, блядь… Огромная татуха от шеи и на всю руку. Молодец же ты, Рэй, замаскировался лучше некуда! Напялил эту шапку, чтобы скрыть знаменитую рожу, но оставил футболку, которая не скрывает не менее знаменитых татуировок!

Впрочем, решил я, на то она и знаменитая, кто угодно мог сделать себе такую же.

– Спасибо! – обронил равнодушно.

– А вообще это больно? – с неподдельным интересом спросила она.

Взглянув на нее, заметил, что она не просто смотрит на мою татуировку, а скользит по ней взглядом. Медленно, томительно медленно, как будто облизывает.

Губы приоткрыты, ресницы опущены, дыхание неровное.

– Да еще и такая большая… – едва слышно прошептала она, продолжая рассматривать татуировку, а потом ее взгляд опустился к моему запястью, и замер там.

Громкий выдох, как будто увидела нечто возбуждающее. Подняв ладонь, провел пальцем по нижней губе, и увидел, что ее взгляд неотступно следует за мной.

Темный взгляд, слегка затуманенный.

Блядь, член дернулся, потому что сомнений нет – она вспоминала, как я прикасался к ней пальцами, как водил ими по ее клитору, заставляя кончить. Возможно, первый раз в ее жизни.

Твою мать…

Если так пойдет дальше, чувствую, я буду трахать ее под свою музыку, и будет по хрен, что она думает о моем творчестве.

– Терпимо, – сухо ответил я.

Потому что, блядь, пока это действительно было терпимо.

И ей нужно поесть.

Как раз в этот момент заиграла моя песня, одна из лучших. Невольно нахмурился – неужели я составлял эту подборку так, чтобы ей понравиться? Мог поставить любую, но выбрал именно эту.

– Ешь, – кивнул на ее тарелку.

А сам задумался.

Я уже давно не пытался кому-то понравиться, произвести впечатление – все получалось само собой. А сейчас чувствую себя как на экзамене, даже волнение легкое есть.

Итак, что же ты думаешь о Рэе Бертоне, детка?

Песня проиграла почти до середины, а она не среагировала на нее никак.

– Как тебе? – спросил я.

– Очень вкусно, спасибо, – вежливо отозвалась она.

Секундный шок.