Колыбельная для моей девочки

Хаш никогда не подводил ее так, как Джозеф Паллорино своей ложью. А насчет биологического отца – Бог знает, где он… Интересно, как отреагировал бы Хаш, услышав об испытательном сроке?

Он бы сказал, что она не для того вкалывала как про́клятая и стала чертовски хорошим детективом, чтобы прогаживать такую квалификацию, протирая форменные штаны. Энджи глубоко вздохнула и расправила плечи, сжав кулаки. Мэддокс прав, если она проглотит наказание и останется в управлении, у нее будет доступ к базам данных. Иначе ценнейшей информации ей не видать как своих ушей.

Будем жить день за днем. Завтра в управление к одиннадцати, значит, она успеет отвезти коробки в частную лабораторию, и вещдоки сразу пойдут в работу. Мысль о скорых результатах – новых уликах – поможет ей выдержать первый день. А вечером можно будет изучить записи детектива Войта и другие материалы дела.

Энджи почистила зубы, забралась в постель и выключила лампу. Ее уже обволакивала и уносила мягкая дрёма, когда в ушах возник слабый, далекий женский голос, напевающий что-то вроде колыбельной:

– А-а-а, а-а-а, были собе котки два. А-а-а, котки два, шаробуры оби-два… Жили-были два котенка, серые в полоску… Ах, шпи, кохане! Если гвияздки з неба хцешь – достанешь… Вшистки дзечи, навет злэ, погружоне со ве шье, а ти йедна тылко не… Спи, любимая! Хочешь звездочку с неба – достану. Все дети, даже шалуны, уже закрыли глазки, только ты не спишь…

Энджи привиделась темная комната с запертой дверью. В зарешеченном окне под потолком виднеется узкая полоска сиреневого света. Она, Энджи, лежит на кровати, и кто-то держит ее за руку. Прохладная мягкая кожа… Как хорошо… Другая рука отводит волосы с ее лба…

– Ах, шпи, бо влашни кшезек зева и за хвиле зашни… А где рано пшиде свит, кшезицове бедзе встыд, це он зашпал, а не ты… Спи, сам месяц зевает и вот-вот уснет. А когда придет утро, ему будет стыдно, что он заснул, а ты нет…

Глава 15

Кайра Транквада любила свою работу."

"Самая молодая сотрудница маленького отдела по идентификации и чрезвычайным ситуациям при коронерской службе Британской Колумбии, Транквада рьяно взялась за дело, как только узнала о найденной на берегу кроссовке с остатками ноги. Это было четыре дня назад. Лаборатория сразу занялась доставленным материалом, ища, можно ли получить из останков годный для работы образец ДНК.

Это не первая отделенная от тела стопа, с которой работала Кайра. Определить происхождение и принадлежность печально известных ног без хозяев – дело непростое: океанские течения порой уносят фрагменты тел на тысячу шестьсот километров – около тысячи миль, а пролив Джорджия, на берегах которого были найдены большинство останков, известен своей непредсказуемостью.