Девочка Севера

— Это какой у тебя получается срок?

— Больше шести недель…

Олеся робко подползает ко мне и, чуть касаясь, кладёт голову на плечо.

— Только маме Любе не говори. Я как-нибудь сама решу… Ей плохо станет.

— Так, ну вот что, — я говорю решительно, понимая, что сейчас должна поступить именно так, а вот общаться или нет — буду решать потом. — У меня завтра запись к хорошему врачу. Пойдёшь на мое время. И я попробую попросить Сергея тебе помочь. — Перевожу дыхание, не зная, что ещё сказать, и просто чтобы поддержать, глажу Олесю по руке. — Ты извини. Честно говоря-ничего в этой теме не понимаю… Но когда задумывалась, была уверена, что обрадуюсь.

— У тебя так и будет, Сонечка, — вымучено улыбается Олеся.

Меняется в лице и снова срывается в одну из кабинок.

Я достаю телефон и набираю номер клиники.

— Алло, здравствуйте. Подскажите, пожалуйста, а можно в завтрашней записи к Ярцевой изменить фамилию пациента?

Глава 48. Нет или да.

Сергей

— Алло, — сонно выдыхаю в трубку и пытаюсь разлепить глаза.

На грудь давит плед. Не помню, чтобы укрывался… Скольжу пальцами по пуговицам мятой белой рубашки и вспоминаю, что вообще вчера только присел на диван. Собирался ещё в душ сходить и в постель к Соне прийти, но, видимо, не дошёл.

— Сын? Ты спишь? — из динамика раздаётся возмущённо-удивленный голос матери. — Время двенадцать часов дня! У тебя все так плохо или ты там совсем уже края не видишь?

— И тебе доброе утро, мамочка! — саркастически хмыкаю и пытаюсь покрутить головой. Почти не болит. Хороший, значит, коньяк был.

— Нет, Сергей, утро — это восемь часов, а сейчас-уже обед! Так ты не ответил на вопрос! — повторяет требовательно.

— Буквально до вчерашнего дня все было очень, очень хреново, а теперь — все хорошо, — говорю честно. — Открой бутылочку, помяни своего друга старинного.

— Серёжа… — тихо сникает, — а иначе… (о, Господи) нельзя было?

— Нет, нельзя, — говорю устало и немного агрессивно.

— Ох, мальчики… — я слышу, как она садится на диван. — Может быть, ну ее эту Россию? Приезжай. Девочку тут себе найдёшь, внуков мне родите. А с твой хваткой везде заработаешь.

— Нашёл я уже, мам, — говорю уверенно, радуясь смене темы. — И ты теперь к внукам сама сможешь приехать спокойно.

— Какие внуки, сын? — переспрашивает удивлённо и строго. — Ты же развёлся!

— Влюбился, — ухмыляюсь. — Она чем-то на тебя похожа. Создаёт проблемы и выживает исключено благодаря моральным принципам.

— Хм… — задумчиво тянет мать. — Она уже беременна?

— Пока нет… Но будет.

— Ровесница? — продолжает мать допрос.

— Ей восемнадцать…

— Да она же совсем ребёнок! — восклицает шокировано, — А родители уже в курсе выбора своей дочери? — интересуется ехидно.

— Ты так говоришь, как будто я у тебя самый хреновый, — вздыхаю в ответ. — Нет у неё никого.