Девочка Севера

"Глава 1. Кутузовский.

Софья

— Соня, ты документы не забыла? — Простужено сипит моя трубка.

— Нет, мам, Люб, все в порядке!

Переполненная битком маршрутка выплевывает меня на улицу, оставляя себе шарф.

— Эй! — Забыв про телефон, я кричу водителю. — Дверь откройте!

Шарф падает прямо в придорожное месиво грязного снега. Черт! Теперь вся эта химия его точно разъест, уж если сапоги белым налетом покрываются. А я его месяц вязала…

— Соня! — Кашляет трубка. — Что у тебя там происходит? Ты на Кутузовский приехала?

— Да да, — отзываюсь я в трубку. — Мам, Люб, вы не волнуйтесь. Лечитесь спокойно. Я же не ребёнок.

— Да как же не ребёнок, — она вздыхает, — нужно было таблеток напиться и с тобой поехать. Город плохо знаешь…

— Я вам перезвоню и все- все расскажу, — клятвенно заверяю женщину.

Телефон, пискнув, сообщает мне, что батарея разряжена.

— Блин! — Я зажимаю все кнопки одновременно, пытаясь его перезагрузить. — Ну давай же… — смотрю на потухший экран и понимаю, что осталась теперь без связи, пока телефон не согреется.

Отмечаю у себя в голове ещё одно новогоднее желание — самый крутой телефон. Нужно только этот год хорошо закрыть на сессии, а со второго курса декан обещал свободное посещение дать и работу за практику засчитывать.

Раньше — сиротам не положено. Иначе официально можно всех бонусов лишиться.

Хорошо, что у меня, точнее у нас, есть бдительная «мама Люба». Без неё все бы наши девчонки так и учились на поваров и парикмахеров, а мальчишки уходили б в армию или шли б на механиков. Конечно, и помочь не всем интернатовцам удаётся. Большинство, как выходят за стены заведения, возвращаются туда, откуда пришли…

«Как волчата…» — в таких случаях тяжело вздыхает мама Люба. — «Сколько не ласкай, не корми, все равно в лес смотрят…»

Поэтому я стараюсь не только для себя. Ещё и для неё. Зачеты закрыла автоматами, остались только экзамены. Но это уже после нового года.

А ещё я мечтаю, как встречу Новый год в своей квартире. Как поставлю елку, нарежу себе салат и буду смотреть всю ночь салюты.

Я подготовилась. Кое-что удалось заработать на курсовых. Вообще, ещё хорошо было бы купить маме Любе и Олесе подарки…

Но на крайний случай, куплю только маме Любе, а Олесе напишу курсовую. Она давно меня упрашивает.

Снежинки мягко падают хлопьями в свете горящего фонаря. Это так завораживает, что я останавливаюсь, поднимаю лицо и чувствую, как они меня целуют, тая на щеках.

Запускаю руку в карман и проверяю ключи. Нужно идти, потому что не известно в каком состоянии находится квартира. Нет, я понимаю, что за ней следили, с документами все в порядке, но там почти пять лет никто не жил… Бабушка была вредным человеком.