Девочка Рустама

— Здравствуйте, — прочищаю горло и выдавливаю, — Рустама сейчас нет. Что-то случилось?

Отступаю на шаг, позволяя Эльдару войти.

Мне становится не по себе. Подавляющая энергетика поплыла по квартире.

Что-то случилось. Страшное. Непоправимое.

Эльдар не отвечает. Успевает лишь сделать шаг вглубь квартиры, как следом дверь вновь распахивается.

— Рустам! — выдыхаю с облегчением.

Рустам на меня не смотрит. Его брови также сведены к переносице. Атмосфера накаляется вмиг.

— Следуй за мной, Рустам, — грохочет басом Эльдар.

И уходит в гостиную. Там он берет пульт от телевизора.

А я все еще не понимаю, в чем дело. Не понимаю.

Пока Рустам не оттесняет меня к стене и почти в лицо не цедит:

— Я. Велел. Никому. Не открывать. Дверь.

— Я…

У меня голос пропадает. Вмиг. Кусаю губы, не в силах защититься.

— Это же твой отец, — хриплю шепотом.

— А ты сестра его злейшего врага! Когда ты будешь меня слушаться, Полина?! Когда?!

Я смотрю в его потемневшие глаза и не узнаю своего мужчину.

Теряю дар речи. Голову опускаю. Руки сцепляю в замок не с первого раза — трясутся.

Голову покорно опускаю, лишь бы он слез моих не видел.

— Ты не знала, кто пришел, — вкрадчиво продолжил он.

— Знала.

— Не знала!

Рустам не в себе. Или я все еще не привыкла к его миру.

— Это мог быть не он, — шипит он, — а ты не знаешь, на что способны люди во время передела власти. Во время сильного шторма. Цунами. Во время войны. Они прознают о тебе и придут, чтобы позабавиться с женой Басманова. А ты знаешь, какую ценность для этих ублюдков имеют беременные жены?!

Лопатки не чувствуют ничего. Так сильно я в стену вжимаюсь. И говорить не могу.

— Такие гиены вроде Альберта в самое слабое бьют. В женщин. Беременная женщина для них — отдельный вид удовольствия. Их трахают, ими забавляются…

— Перестань! — кричу я, забывая о существовании Эльдара.

— Их насилуют, чтобы потом мужьям каждый раз об этом напоминать!

— Ты говоришь бред! — кричу я, не веря.

Глаза Рустама совсем звереют. Он отшатывается от меня и с силой запирает входную дверь изнутри.

— Я рад, что ты в своем розовом мире зовешь это бредом, — цедит он напоследок, — но впредь не забывай, за кем ты замужем.

Телевизор громыхает. Эльдар делает звук громче.

Чтобы привлечь внимание. И ему это удается.

— Послушай, кто говорит! — метается Эльдар в гостиной.

Вместе с этим я начинаю слышать голос. Мы с Рустамом подходим к телевизору — оттуда на нас смотрят лица журналиста и… моего брата.

Максима о чем-то спрашивают, а он что-то отвечает — уверенно, спокойно.

Следом я начинаю слышать. И сразу понимаю, что Максим стал вовлечен в игру. В жестокую и беспощадную игру.

— Да, Басманова Карина носит моего ребенка, но ее семья упорно скрывает это от своего окружения.