Девочка олигарха

Дерьмо конченое, вот он кто!

Ненависть к олигарху разъедает словно кислота. Меня корежит от собственной глупости. Как я могла отвечать ему? Как могла испытывать удовольствие от прикосновений? За это наказание? Наверное, заслуженно! Потому что нельзя такой дурой быть!

— Рассказывай все в мельчайших подробностях. Попытаюсь найти к чему прицепиться. Но под залог сейчас уже не выпустят. Мне жаль, Станислава. Придется какое-то время провести в заключении. До суда, — добавляет с нажимом, видя, что в моих глазах плещется ужас.

Рассказать адвокату то, что у нас был секс, все равно язык не поворачивается. Хочу произнести это, и не могу. И снова себя за трусость презираю.

Особенно когда Волконский уходит, страшно злой. Выглядит так, словно жалеет, что взялся за мое дело, хочет бросить. И я не могу его винить. Никого не могу. Я сама самый злейший свой враг. Полная идиотка.

— Собирайся, Архипова, — командует женщина-конвоир. Полная, крупная, лицо неприятное, кривится, когда смотрит на меня, словно я воняю.

— Что? — смотрю на нее непонимающе.

— В тюрьму поедешь. Больше под залог не выпустят, там суда будешь дожидаться. Вещи тебе передали, — бросает мне пакет.

Саша привез, как и обещал, сменную одежду, туалетные принадлежности.

Но тюрьма?

Нет, этого не может быть!

В эту минуту я готова все рассказать адвокату и еще приплести до кучи.

Но слишком поздно.

— Хватит трястись. Пошли.

— Мне надо позвонить адвокату…

— Обязательно позвонишь. Но уже не отсюда.

Глава 12

— Ну что встала как вкопанная? Проходи давай, — меня грубо толкают в камеру. Надежды что буду сидеть одна не оправдались. Реальность оказалась чудовищной. Очень маленькое помещение, метров двенадцать. Двухъярусные сетчатые койки с грязными матрасами, всего четыре, три заняты.

Три женщины разного возраста с любопытством меня разглядывают. Одна — совсем пожилая, лежит на нижнем ярусе, с книгой в руках. Она быстро теряет интерес к моей персоне, откладывает книгу, отворачивается к стене. А вот две другие, на вид им от тридцати до сорока, направляются ко мне. Решетка захлопывается с жутким лязганьем, ударяющим по нервам. Стою оцепенев, забыв как дышать. Это место похоже на ад. В прошлый раз я пробыла в КПЗ два дня. Там было относительно чисто, спокойно. И все равно я чуть с ума не сошла.

Неужели меня уже посадили? Даже не огласив приговор?

Я мало что понимаю в уголовном кодексе. Но как же суд? Почему меня закрыли в тюрьме?

Душит истерика. Сквозь пелену слез вижу, как подходит одна из женщин.

— Ой, какой сладкий лягушонок. Ты правда тут сырость разводить решила? Думаешь, нам это понравится?

Молчу, потому что эти слова не требуют ответа. Все как в худших фильмах про тюрьму. Издевательства, угрозы.