Моя девочка

А как же ее слова о том, что я ей снюсь и это чертово «влюблена»! Даже если она была пьяна и не помнит этого. Ну не могла же она настолько искусно врать. Ее глаза не врали в тот момент. Зачем ей это все? Может я сам был настойчив, сам целовал, сам обнимал и  сходил с ума? Тогда почему она мне не сопротивлялась!? Отвечала мне! Зачем?!

Глубоко дышу, чувствуя, что сгораю и это пламя, сжигающее меня изнутри, сейчас вырвется наружу. Чувствую  себя так,  словно девочка ставит меня на колени, прекрасно зная, что со мной творит. И зачем-то специально выворачивает мне душу наизнанку. А когда я вижу, как он отстраняется от нее, а она так искренне ему улыбается, что-то говоря, мои внутренние планки с громким хрустом ломаются. Дергаюсь,  рычу на весь салон, словно животное, стискиваю зубы до хруста. Ну, нет мудак,  она моя! Только моя. И мне уже почему-то плевать хочет она быть моей или нет!

Буря в душе усиливается! И все, это полный крах. Я действительно попал. Теперь я полностью в руках этой девочки. Что она там вчера говорила? Она влюблена? А я не влюблен, я  не этот мальчишка, у меня совсем другие чувства, и это далеко не легкая влюбленность. Я снова болен, и этот, гораздо сильнее предыдущего вируса. Он неизлечим! Смертелен. Все! Назад дороги нет! Будь что будет, меня уже никто и ничто не остановит. Даже она!

Срываюсь с места, вылетаю из машины, медленно приближаюсь к парочке, еще метров двадцать и я достигну своей цели. Они настолько увлечены беседой, что не замечают ничего вокруг. А парень все же будто чувствует опасность, жмет руку Лине, прыгает в машину и заводит двигатель, выезжая со стоянки. Я медленно подхожу к Ангелу, останавливаясь позади нее, понимая, что у этого пацана хороший ангел хранитель, он уберег его от моего зверя. Беги ублюдок. Беги, пока не поздно. И этот маленький гаденыш, разворачиваясь, замечает меня позади  Лины,  нагло ухмыляется мне, продолжая свой путь, показательно набирая скорость, выезжает со двора."

"Я ничего ей не говорю, не прикасаюсь. Стою позади нее в расстоянии метра. Но девочка меня чувствует. Замирает, словно не дышит, боясь обернуться.

- Какого хрена он делал здесь и снова прикасался к тебе, - не узнаю собственного голоса. Нет, я не повышаю тон,  мой голос настолько металлический и холодный, что он мне самому режет слух. Ангелина немного вздрагивает, медленно поворачивается ко мне. Смотрит на меня бездонными, синими глазами, так, что я проваливаюсь в бездну ее  невинных, синих глаз, которые в данный момент говорят, что сегодня я отдам этой девочке свое сердце и душу, и пусть она делает с ними что хочет. Она еще не знает этого, но вся власть теперь в ее неопытных,  маленьких ручках.

- Что ты здесь делаешь? - в недоумении спрашивает она, игнорируя мой вопрос.