Девочка-мечта (ЛП)

Рябова и мой дневник.

– Как это мило! Ты прямо поэт, – ядовито потянула Оля, хотя и я видел, что ее подбородок дрожит от еле сдерживаемых эмоций, – пока ты говорил, я даже выбрала тут одно стихотворение и оценила его по достоинству.

Я в сладком дурмане.

Нежно и страстно.

Твои руки на мне – смертельно опасно.

Под высоким напряжением.

Синхронно. В унисон.

Ты стала моим наваждением.

Жадным, порочным сном.

В оковах любви к тебе – страшно и прекрасно.

В мои глаза посмотри – все по ним ясно.

Любить и мечтать – в одиночестве чужого города.

И всего одно желать.

Тебя. Одну. Без повода.

Я даже перебивать ее не стал. Опершись о косяк плечом, просто слушал, когда она закончит кривляться и саркастически выплевывать из себя слова, что предназначались не ей. Но если посмела сунуть нос туда, куда ее не просили, то пусть вкусит сполна. Мне надоел этот цирк.

– Ты все это время писал ей стихи? – всхлипнула Рябова.

– Ну, как видишь, – подошел я к ней и резко выдернул из ее рук толстую, почти полностью исписанную тетрадь."

"– Ты идиот? Ты думаешь, что нужен ей? – заорала девчонка и из глаз ее хлынули злые слезы, – Ни хрена это не так! Она тебя за кусок дерьма считает! Ясно? Она ненавидит тебя! Органически не переваривает! Ты для нее пустое место!

– Я понял с первого раза, Оль, не нужно мне разжёвывать, – закинул я дневник в сумку и двинул к выходу.

Рябова тут же посеменила за мной.

– Ты понимаешь, что это значит? – семимильными шагами переходила на ультразвук Рябова, пока я обувался.

– М-м? – посмотрел я на нее и сам от себя ужаснулся.

Что я, черт возьми, делаю рядом с этой девчонкой?

– Между нами все кончено! – но, вопреки тому, что она сказала, Рябова подошла, прислонилась к входной двери и развела руки в стороны.

– А между нами никогда ничего и не начиналось, Оля, – спокойно выдал я и занялся шнуровкой второго кроссовка.

– Может нормально поговорим? – неожиданно перешла она на спокойный тон.

– А надо?

– Да, надо! Потому что я люблю тебя! – заорала, что есть мочи девчонка.

– А я тебя нет, – все так же спокойно ответил я ей, – и ты, Оля, это прекрасно знала всегда. И не нужно делать удивленное лицо, будто ты невероятно удивилась тому, что я, так скажем, заинтересован твоей подругой. К чему этот концерт?

Боже, как смертельно я устал.

– Я думала ты забыл ее.

Ее, блин, забудешь!

– Ну, а я-то тут причем? – развел я руками и подошел к выходу почти вплотную.

Она смотрела на меня и плакала, а я даже не мог ее утешить, потому что…потому что, если я это сделаю, то мы опять зайдем на еще один бессмысленный, порочный круг. А мне все это обрыдло до безобразия!

– Не бросай меня, – вдруг упала на колени Рябова и намертво вцепилась в мои джинсы, – я без тебя не смогу!

– Сможешь, Оля.