Девочка-лед

Я все думала, как начать этот непростой разговор, а он вдруг сам поднял больную тему.

Некоторое время я молчу.

— Ром, я не могу, — смотрю виновато.

— Почему это? — тон его голоса меняется моментально.

— Мне неудобно, это твоя квартира, и у нас… только-только все началось.

— И что? — судя по взгляду, он искренне недоумевает и никакой проблемы не видит.

— Неправильно все это, — осторожно «ступаю на минное поле».

— Очень даже правильно, — резко поднимаясь, заявляет он.

— Нет, Ром, неправильно, — упрямо качаю головой. — Рано нам говорить о совместной жизни.

Сверлит меня тяжелым взглядом.

— В тот гадюшник ты не вернешься, только через мой труп! — переходит в агрессию, давая понять, что уступать мне не собирается.

— Ром, мне нужно это сделать! Завтра служба опеки придет, я ведь уже объясняла тебе ситуацию: Ульяна должна находиться там, с матерью, и я, следовательно, тоже.

— Ален, прости, но нет. Не отпущу, — хмурится еще сильнее. — Пошли, я хочу кофе.

— Что значит не отпущу? — встаю и отправляюсь вместе с ним на кухню. — Не думай, пожалуйста, только о себе!

— О себе? — останавливается, и я едва не врезаюсь в него от неожиданности. — В первую очередь я беспокоюсь о вас! Нечего вам, девчонкам, делать в этом… притоне. Знал бы, как живете, забрал бы раньше!

— Ром… — тяжело вздыхаю, глядя на его удаляющуюся спину. Снова семеню следом.

Как и предполагала, он воспринял мои слова в штыки.

— Послушай, — наблюдаю за тем, как парень задает программу для кофемашины, чересчур нервно щелкая кнопками.

— Тебе плохо здесь? — оборачивается через плечо и внимательно на меня смотрит.

— Дело не в этом, — пытаюсь быть максимально терпимой и тактичной. — Просто… не могу я вот так, понимаешь? Мы ведь…

— Что? — перебивает, лишая возможности объясниться.

— Неудобно мне, неужели не ясно? Ты итак приютил нас, не хочу больше пользоваться твоей добротой.

— Что за бред, Лисицина? — насмешливо фыркает.

— Ром, жить с тобой я не буду. Я… не готова к этому, прости.

— А терпеть то, что происходит там, готова? М? — злится, повышая голос. — Как по-твоему я буду себя чувствовать, зная, что ты сидишь там под замком и трясешься от страха. Единственный вариант — укокошить этого вашего мерзкого Вадика, усиленно пускающего на тебя слюни. Вот только где гарантия, что твоя мамаша не приведет в квартиру кого-то еще? Проходили уже… Привет Валере!

Ох, лучше б не напоминал, но так-то он прав…

— Услышь меня, пожалуйста, я прошу тебя, — хочу взять его за руку, но он тут же выдергивает свою ладонь из моей.

— Лисицына, не испытывай мое терпение, — цедит сквозь зубы. — Я СКАЗАЛ! НЕТ! ЗАБУДЬ ТУДА ДОРОГУ!

— Это моя жизнь, ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПРИНИМАТЬ РЕШЕНИЕ ЗА МЕНЯ! — все-таки сдержать эмоции, рвущиеся через край, не получается.