Девочка, которую нельзя

Особенно если эти люди — толком ещё немятая ромашка в розовых очках, жаждущая приключений на свою прекрасную задницу. Слишком велик соблазн возомнить себя рыцарем без страха и упрёка и ради одной ромашки похерить целое поле.

Недопустимо.

* * *Ночь в казино прошла без приключений и даже скучно. Иногда, когда я случайно ловила на себе взгляды Гордеева, сердце предательски ёкало, но я тут же брала себя в руки — он просто следит, чтобы я не чудила. И я была сама мисс-послушание. И даже когда они с Коломойцем довольно надолго удалились куда-то в компании серьёзного вида товарищей, оставив меня развлекаться в общем зале одну — я просто сидела в баре и одну за другой глушила кофе.

— Нет, ну так-то не смертельно, конечно, но похоже на наваждение! Как будто приворожил кто-то! — вздыхала я, откровенничая с вежливым, внимательно слушающим меня барменом. Мне необходимо было выговориться, хотя бы так! Конечно, я не называла имён и каких-то конкретных данных. Просто некий некто, с которым всё сложно. У моей подруги, естественно. — Но главное, что ей всё равно кажется, что она ему тоже не безразлична! Нет, ты только подумай — он её игнорит, а ей всё равно кажется, представляешь? Это не объяснить, тут просто интуиция.

— Тогда, может, им просто поговорить откровенно? — улыбнулся бармен.

— Ой, не-е-е! — мигом представив себе этот разговорчик, испуганно поёжилась я. — Лучше пусть само как-нибудь рассосётся…

А на следующий день я увидела, как через холл отеля к лифту идёт стильная, чертовски сексуальная, красногубая Лариска. И конечно же она поехала в четыреста шестнадцатый. И конечно, там в это время оказался Гордеев!

И пока мы с Ниной как две дурочки делали вид, что нам пофиг, шимпанзе пробыла у него чуть больше часа, после чего они вместе спустились вниз, а я, в безумном угаре нагоняя их лифт пешком по ступеням, нарвалась на то, чего и следовало ожидать с самого начала: картину, как помогая усесться в такси, Гордеев целует Лариску в губы.

Жизнь словно встала на паузу. Полнейшая апатия. И я не то, чтобы узнала об этой парочке что-то новое, и не то, чтобы потеряла какую-то там дурацкую надежду… Но, напустив предательских слёз в подушку, к утру решила, что вот теперь с меня точно хватит. Отныне работа и ничего личного!

* * *Следующие почти три недели прошли в тусовках: мы каждую ночь зависали в злачных местечках, потом спали до обеда. Потом, до следующей ночи, я моталась за своими боссами бесполезным хвостиком, но чаще получала от Гордеева распоряжение «заняться собой» Это значило, что я где-то недотягиваю и мне пора наведаться в салон красоты.

Я обижалась в глубине души — не очень-то приятно слышать, что ты недостаточно хороша, но послушно исполняла, с каждым разом становясь всё смелее.