Девочка, которая пила лунный свет

Этина испытующе посмотрела на старика:

– Почему не смогла? Где же сестра Игнация?

Старейшина откашлялся. Обычно никто не задавал ему вопросов. В Протекторате вообще было не принято задавать вопросы. Люди просто покорно принимали свой жребий и жили так, как им было назначено. Но эта женщина… этот ребенок… «Что ж, – подумал Герланд, – остается только надеяться, что она обезумеет так же, как та, другая, много лет назад». Пусть лучше сидит в Башне, чем задает дерзкие вопросы за семейным столом. Он еще раз откашлялся.

– Сестра Игнация находится в отлучке, – медленно произнес он. – У нее дела.

– Какие именно дела? – прищурилась девчонка.

– Личные, – отрезал Герланд.

Этина встала и подошла к Звездным сестрам. Разумеется, их приучали не глядеть в глаза горожанам, а бесстрастно смотреть мимо. Воительницам ордена пристало каменное спокойствие и каменное же равнодушие. Считалось, что такова должна быть настоящая воительница, а все сестры, разумеется, были настоящими. Но при приближении девчонки сестры залились краской и уставились в землю.

– Этина, – прошептала одна, – не надо.

– Маэ, – сказала Этина. – Посмотри мне в глаза. И ты тоже, Лилиенц.

Герланд разинул рот. Он в жизни не видел ничего подобного. Обе воительницы были выше Этины. И тем не менее перед ней они казались очень маленькими.

– Ну вот что, – выплюнул Герланд, – я категорически…

Этина не обратила на него никакого внимания.

– Что тигр – все рыщет?

Воительницы молчали.

– По-моему, мы отвлеклись от темы беседы, – начал Герланд.

Одним движением руки Этина велела мужниному дяде замолчать. И он – невероятно! – замолк, сам тому не веря.

– А по ночам, Маэ? – снова спросила Этина. – Ну, отвечай. Рыщет ли тигр в Башне?

Воительница сжала губы. Казалось, ей стоит большого труда удержать слова, готовые сорваться с языка. Она дрожала.

– Что ты несешь? – возмутился Герланд. – Какой такой тигр? Что за глупые игры?

– Тихо, – приказала Этина, и Герланд вновь необъяснимым образом покорился и умолк, пораженный.

Воительница закусила губу и какое-то время молчала. Потом наклонилась к Этине:

– Я думала об этом другими словами, но – нет. Не слышно больше бесшумной поступи его лап в коридорах Башни. Не слышно рычания. Вот уже много дней как. Мы, – воительница прикрыла глаза, – мы все спим крепко и спокойно. Впервые за много лет.

Обеими руками Этина обняла спящего в перевязи ребенка. Малыш вздохнул во сне.

– Так, значит, сестра Игнация покинула Башню. И Протекторат тоже, не то я ее почувствовала бы. Верно, она пошла в лес. И конечно же, затем, чтобы убить его, – словно бы про себя произнесла Этина.

Она шагнула к Герланду. Тот вздрогнул. Все в этом доме было ярким, светлым. Пусть весь остальной город был погружен в туман – этот дом купался в свете.