Девочка Юсупова. Долгожданный наследник

Я хочу его утешить, но понимаю, что с одной стороны Дамир прав — не стоит ему пить газировку, когда можно обойтись свежевыжатым соком или компотом.

Такое поведение Кирилла не скрывается от Дамира, но сыну он ничего не говорит. Именно поэтому после того, как мы заканчиваем с обедом, я жду от него нотаций в свой адрес, но и их не следует. Мы просто молча едем домой. Ко мне домой, разумеется.

— Я побуду с сыном еще немного, если ты не против.

Я пожимаю плечами, давая понять, что мне все равно. Настроение итак испорчено, поэтому присутствие Дамира никак не испортит его еще сильнее. К тому же, подозреваю, что он хочет поговорить со мной, а сейчас не может, потому что рядом Кирилл.

Вот только разговаривать с ним совсем не хочется. Что я от него услышу? Упреки? Я итак прекрасно знаю свои недостатки, как матери, и вот слушать о них от него не желаю. Его не было рядом с нами пять лет. Он давно женат на другой женщине и не имеет права кардинально вмешиваться в нашу жизнь и менять ее. Я готова выслушать его предложения, но никак не стану следовать указам.

Открыв дверь в квартиру, пропускаю сына с Дамиром вперед. Они разуваются, идут мыть руки, а я скрываюсь в спальне, чтобы переодеться. Пока снимаю вещи, вспоминаю про рассыпанную на кухне гречку. Надо бы ее собрать.

Прислушиваюсь к звукам за дверью. Шум воды прекратился и теперь до меня доносятся радостные вопли Кирилла."

"Вот почему Дамир не может быть таким всегда? Спокойным, улыбчивым и готовым играть со своим сыном? Зачем этот указательно-обвинительный тон, от которого спина покрывается мурашками? К чему вообще лезть в воспитание, которым я успешно занималась больше четырех лет и пытаться что-то изменить? Я ведь не требую от него ничего. Пусть только приходит к сыну, играет с ним, дарит подарки. Участвует в его жизни, в общем. Этого более чем достаточно. Не думаю, что Кирилл оценит, если его привычная жизнь вдруг начнет меняться и отнюдь не в лучшую сторону.

— А как ты нас нашел? — слышу вопрос сына, когда прохожу мимо гостиной на кухню.

Хочу остаться и услышать ответ Дамира, но одолеваю себя и иду мимо. Пусть сам выкручивается. Он придумал эту историю, ему и врать до конца.

Когда захожу на кухню, не сразу понимаю, что не так. И только когда не нахожу рассыпанной гречки, озадаченно смотрю на пол. Мне требуется несколько мгновений, прежде чем я понимаю, что это Дамир собрал ее, пока я одевалась в ресторан.

И как на такое реагировать? Как он вообще может сначала наводить порядок на моей кухне, а затем разговаривать со мной так, будто я пустое место?

Чувствую, как начинаю злиться. Вот зачем он полез? Я бы вернулась из ресторана и убрала сама, но он мне такой возможности не предоставил.