Девочка из прошлого

Достаточно крепкие, чтобы пронзить чье-то черное сердце. И достаточно тонкие, чтобы ими могла воспользоваться женщина.

Пальцы касаются острой стали, и я отдергиваю руку как после ожога.

— А почему их четыре?

Винченцо берет паузу, достаточно долгую, чтобы меня успело накрыть панической волной.

Мы уже все это проходили. Открытый сейф, у меня в руках оружие. Если Ди Стефано решит покинуть наш мир именно в этот момент, я пропала.

— Их столько же, сколько у меня капореджиме.

Глава 21-2

Демид

Уже минут пятнадцать стучу в ворота. Сначала ладонью стучал, теперь кулаком.

И ногами блядь постучу, если не откроет.

— Не открывают, господин Ольшанский? — слышу за спиной участливый голос. Оборачиваюсь.

Доктор Интан с сочувствием наблюдает, как я ломлюсь в ее дом. Хорошо что я не взял охрану, представляю, как бы они ржали.

— Как видите, — буркаю недовольно. Вот жучка, она ещё и стебётся!

— Вы позволите? — все с той же участливой улыбкой спрашивает Интан, и я поспешно отхожу в сторону.

Она проворачивает ключ и толкает калитку, распахивая ее передо мной.

— Прошу!

— Я думал, вы просто не открываете, — все так же буркаю и жестом пропускаю ее вперед.

— Вам не кажется, что вы слишком мнительны, господин Ольшанский? Люди иногда не открывают вам дверь не потому, что плетут против вас интриги и вселенские заговоры. Их банально может не быть дома.

— А вы начнете сеанс психотерапии прямо на пороге? Даже в дом не пригласите?

— Я уже это делаю, господин Ольшанский. Только интуиция подсказывает, что вы явились ко мне не за психотерапией.

— У вас отменная интуиция, — смотрю на женщину с одобрением.

Она проводит меня на террасу, садится на диван и приглашающе указывает на кресло напротив.

— Чай, кофе?

— Правду, — подхожу и нависаю сверху. — Я тут кое-что случайно выяснил. Скажите, Арина могла, хм, так отреагировать в ответ на какое-либо неосторожное действие с моей стороны? Например, неправильно истолковать мои действия и принять их на свой счет?

Госпожа Интан молчит некоторое время и выдает короткое «конечно».

Я блядь должен уже это сказать, иначе какой смысл был нестись в Убуд на полной скорости и ломиться в ее ворота? И говорю, преодолевая внутреннее сопротивление:

— Я вспомнил. Я держал ее за подбородок. Она поцеловала мне ладонь, вот здесь, внутри, — раскрываю ладонь, и мы вместе с госпожой Интан на неё смотрим, как будто там сохранился след губ Арины. — И ещё слеза.... У меня кожа горела, и это не метафора. Меня реально жгло. Я нашел воду и сунул под неё руку. А она видимо решила...

Замолкаю. Мне блядь выговорить это тяжело, а как она все это пережила?

Доктор Интан согласно кивает.

— Ваши догадки абсолютно верны, господин Ольшанский. Именно так она эту ситуацию и восприняла.