Девочка из прошлого

Но он должен уже сейчас начинать готовить себе преемника. Чтобы иметь возможность лет через пятнадцать-двадцать уйти на покой.

— Что мне ему ответить?

— Пока ничего. Я попробую с ним сам поговорить.

— А о какой новости ты говорил?

— Ко мне приходил Демид.

Замираю. По телу проходит волна смеси неконтролируемого отчаяния и страха. Во рту вмиг становится сухо, губы тоже сохнут.

— Зачем? — выдавливаю с трудом и облизываю их. — Только не говори, что ты ему всё рассказал.

Феликс поворачивает голову и смотрит в упор.

— Нет, я ничего ему не сказал. Но он очень скоро поймет, Ари. Ему совсем немного осталось. Что ты тогда будешь делать?

Втягиваю носом воздух, шумно выдыхаю.

— Когда поймет, тогда и решу.

Глава 13-1

Демид

Утром просыпаюсь с гудящей головой, будто полночи бухал.

Всю ночь мне снились дети, разные. Целая толпа, а я стоял среди них и вглядывался в лица. Мне надо было найти девочку, воспитанницу Арины. Но я знал только, что ее зовут Дэви, и все.

Время от времени я выхватывал кого-то из толпы. Один раз мне попалась Пчелка, и я побоялся ее отпускать. Сунул под мышку и ловил дальше. Амира с Дамиром тоже поймал и сунул под мышку к Майе. Ещё думал, что надо братьям позвонить, я же не удержу сразу троих.

В толпе мелькнуло знакомое лицо. Я точно знал, что это Дэви, не знаю, откуда, но знал. Попытался ее схватить, но она ускользнула.

Открываю глаза, не вижу рядом племянников, и меня охватывает леденящий ужас. Я потерял детей! Что я скажу Соне с Дианой?

Вскакиваю с кровати, понимаю, что это был сон, и падаю обратно.

Пиздец, а не сон. Я же чуть не скончался от страха.

Когда успокаиваюсь, пытаюсь вспомнить сон, а главное, кто мне привиделся в мелькнувшем ребенке. Но как обычно, нихера не вспоминается. Сплошная череда бредовых картинок.

Через полчаса все-таки встаю и кое-как доползаю до душа. Холодная вода не только возвращает память, а ещё и восстанавливает способность соображать.

Разговор с Феликсом только утвердил меня в догадках насчет Арины. Единственное, в чем я ошибся, это диагноз.

Я был уверен, что у Арины гаптофобия — слишком много факторов говорили в пользу этого предположения. Но у неё психосоматика, по крайней мере, так утверждает Феликс, и мне приходится верить ему на слово.

Когда я перестал психовать и смог рассуждать здраво, понял, что с этой парочкой не все нормально.

Феликс не производит впечатления додика, который на людях не касается своей женщины. Скорее наоборот. Особенно, если учитывать, что ему в кайф меня драконить.

Но его движения и жесты больше смахивали на желание защитить, чем прикоснуться. И он ни разу не подошел к Арине вплотную.

Я напряг память и попытался вспомнить все наши последние встречи.

Это было несложно. Арина и так постоянно стоит у меня перед глазами.