Хорошая девочка

И это уже туго. И ярко. И слишком. Я никогда не напивалась до такого состояния, никогда не чувствовала себя настолько не в себе. Во мне слишком много всего: чувств, ощущений, эмоций, Голицына. Комната кружится где-то на периферии, а может, уже и вовсе тает, растворяясь в клубящихся тучах за окном.

Ник сгибает пальцы во мне. Толкается в одну определенную точку, где мне невообразимо сладко. Я жмурюсь до ярких кругов перед глазами. Крепче свожу бедра и точно понимаю, что нащупала то самое, пульсирующее во всем теле сразу удовольствие. Я двигаюсь ему навстречу на всех парах, уже готовая разбиться вдребезги и… бам! Это взрыв, не иначе.

Полная темнота. Пустота в голове. Ни звука.

Ну вот я, кажется, и скончалась.

– Я ненавижу тебя, – хнычу ему в губы прежде, чем получаю долгожданный упоительный поцелуй.

– Какая нехорошая девочка, разве можно так врать, Санта-Анна? – шепчет он в ответ и снова жадно целует, видимо изголодавшись не меньше меня.

К моей ноге прижимается его стояк, но это совсем меня не волнует, потому что мне нравится быть единственной удовлетворенной в нашем тандеме. И плевать я хотела на его оргазмы так же сильно, как он плевал на мое личное пространство.

Глава 22

Голицын ничего больше не сделал. Мог, хотел, но не сделал. И я даже не могу понять, рада этому или нет. После того как я, задыхаясь, закрыла глаза, он шепнул что-то вроде «живи пока» и какое-то время просто лежал рядом со мной, поглаживая кончиками пальцев мой живот. Кажется, что-то шептал.

Утром мне показалось, что все это мне приснилось. Ну не могла я так порочно возбудиться при помощи Ника, а он точно не мог оказаться столь благородным, чтобы не… Но я открыла глаза и увидела на правой стороне кровати лохматую макушку прячущегося от солнечного света Голицына. Нет, это был не сон. К счастью, мы оба были одеты – это меня сильно порадовало. И легче было бежать."

"Пока меня не успели застукать, я аккуратно, как сапер, сползаю с кровати с телефоном в руке и джинсовкой Роксаны, крадусь к дверям. Обуваюсь как в тумане, не думаю ни о зеркале, ни о ванной комнате. После негромко захлопываю за собой дверь и домой еду уже уверенная, что больше никогда и ни при каких условиях не смогу смотреть в глаза ни Андрею, ни Нику. Кошмар! За последние сутки я успела поцеловать двоих – двоих, блин! – мужчин. Прекрасный старт, что и говорить, учитывая бесконечный пробел в моей личной жизни в прошлом.

В ворота вхожу заранее напряженная. Не хочу видеть Роксану. После вчерашней ссоры и блока – не хочу. Не готова. Смотрю на ее куртку в руке и хочу только одного – чтобы дома были родители, которые бы обняли меня и, как всегда, сказали, что все будет хорошо. Но мое желание исполняется ровно наполовину.