Девочка Грешника

Это была новая Соня, дерзкая, порочная, сексуальная.

Его девочка.

И волна за волной накрывала меня, заставляя извиваться и снова чувственно приподнимать бедра, инстинктивно желая еще более интенсивных ласк. Но умелые пальцы не желали меня слушать, они порхали по мокрым, скользким складочкам в своем собственном, сводящем с ума ритме.

— Рома, — вцепилась я в его волосы, когда поняла, что на меня наваливается что-то запредельное и неподъемное.

— Все хорошо, маленькая, все хорошо, — шептал он в ответ и снова набрасывался на мою потяжелевшую грудь.

— Я… ох, Рома…

Но только я подумала, что меня расплющит от кайфа, как рука парня замедлилась, переходя на изматывающий и томительный темп. Пальцы чуть ныряли в меня, растягивали, а затем снова принимались легко порхать по упругому бугорку.

И снова жаркая судорога прошивала низ живота, выбивая из меня жалобный скулеж, и стальная раскаленная пружина вновь начинала скручиваться внутри меня. Еще чуть-чуть и еще, пока позвоночник не прострелила молния.

И снова стоп!

— Рома, м-м-м….

Я сучила ногами, шарила руками по его спине и была в одном шаге от того, чтобы начать умолять подарить мне разрядку.

— Пожалуйста, — неожиданно сорвалось с губ, и я чуть не захныкала, когда его пальцы в очередной раз замедлились.

— Я тоже хочу тебя, маленькая моя, — и впился в мои губы настолько развратно и глубоко, что меня распяло от электричества, которым загудело перевозбужденное тело.

— Но…

— Позволь мне войти в тебя, — змеем-искусителем шептал он мне между поцелуями.

— Рома…

— Совсем чуть-чуть, вот так, — и его головка скользнула в меня и замерла, немного покачиваясь туда-сюда и посылая микротоки по моим истерзанным нервным окончаниям.

— М-м-м, — мычала я, не в силах выдавить ни одного слова от накатывающего цунами эйфории.

— Вот так, — приговаривал он, делая еще один более глубокий выпад вперед и одновременно продолжая натирать мой клитор.

И это было как контрольный выстрел в голову. Бам — и все мозги вылетают из черепной коробки, оставляя после себя только зияющую пустоту. Потому что он во мне и на мне. А я под ним, и меня мелко трясет на его члене.

— Скажи мне свое «да». Тебе ведь это нравится? Нравится то, что я с тобой делаю, Соня?

— Да! — всхлипываю я, а потом вздрагиваю от острой вспышки боли, которая тут же глохнет от непередаваемо сильных судорог оргазма, что сотрясают меня всю. Я бьюсь в его руках и чувствую, как Рома полностью заполнил меня собой.

До предела.

А потом начал двигаться, пока я плавала в мареве оглушительного кайфа. И с каждой минутой толчки внутри меня становились все размашистее и глубже. И сквозь наши хриплые стоны я слышала, как соприкасаются наши тела.

Будто со стороны я видела, как он берет меня.