Девочка для Бешеного

Вот и отлично, я ей их лично обеспечу, так прокачу, что запомнит навсегда.

Сам не знаю, как умудряюсь сдержаться. Почему не разделаюсь с ней прямо здесь, почему не задеру на ней футболку и не врежу ладонью пониже поясницы.

Пару раз шлепнул, но этого явно мало. Так девчонка урок не усвоит. Жестче разобраться надо. Наглядно пояснить. По живому донести."

"Дорога отвлекает. Вперед смотрю, за тачками слежу. Немного переключаюсь. Хотя девчонку из-под присмотра не выпускаю. Поглядываю, наблюдаю, как она сжимается, напрягается все сильнее, в окно смотрит и залипает, пытается понять, куда же мы направляемся.

Надо видеть, как расширяются ее глаза, когда становится ясно, где именно тормозит тачка. Реально — Глазастая. Еще и взвивается вся. Бледная, испуганная, но как заверещит:

— Нет! Не пойду!

— А ну тихо, — обрываю вопли девчонки. — Я что, тебя спрашивал? Будешь делать, как скажу.

Выхожу и открываю дверцу, выволакиваю Глазастую, за шкирку дальше тяну. Она бунтует, никак не успокаивается. Вырваться пробует. Наивная такая. Чего ждет?

— Пусти, — шипит. — Перестань меня трогать.

— Я еще и не начинал, — усмехаюсь. — Когда трону, ты быстро прочувствуешь. Никогда не забудешь. Обещаю.

— Нет! — кричит. — Хватит! Прекрати…

— Завязывай орать, — говорю и поперек талии девчонку перехватываю, на плечо забрасываю. — Чего людей пугаешь? Все спят.

Заношу ее в свой дом, прохожу мимо охранников. Тем на крики наплевать, делают вид, будто ни черта не замечают.

— Отпусти… пусти!

Глазастая извивается, от возмущения задыхается. Но я курс менять не собираюсь. В лифт захожу, жму нужный этаж. Меньше минуты проходит — створки разъезжаются. Дальше пара шагов до квартиры, вот и готово. Наконец, мы на месте. Теперь точно никто не влезет и не помешает.

Захлопываю дверь, не глядя, защелкиваю замок одной рукой, другой — девчонку на плече придерживаю. Прохожу по коридору, не разуваясь. В гостиную направляюсь, бросаю Глазастую на диван.

Она как ошпаренная дергается, отползает подальше.

Забавно. Боится, сотрясается от напряжения, а глаза не отводит, не опускает голову. Гордая, даже в мелочах.

Я подхватываю ее соскользнувшую на пол сумку. Раздается писк телефона. Достаю мобильный, хочу понять, кто моей девочке пишет.

— Отдай! — требует она. — Нельзя читать чужие сообщения.

— А это не чужие, — бросаю и уже пробегаю взглядом по тексту. — Твои.

— Верни телефон!

“Доченька, я на работе задерживаюсь… тут опять проблемы. Знаю, ты с Дашей, но все равно волнуюсь, напиши, когда доберешься и будешь дома.”

Удачно все складывается.

— А вот и мама пишет, — говорю, возвращая телефон Глазастой. — Пиши ответ.

Девчонка смотрит на экран. Бледнеет еще сильнее. Потом на меня взгляд переводит и снова на мобильный. Хмурится. Понимает, выхода нет. Отвечает.