Девятихвостый Богатырь: Путь к бессмертию 1

На воске была печать столь старая, что Мирослав не признал изображение. Но стоило её коснуться, в разуме тут же прозвучал шёпот.

«Не часто встретишь подобное. Однако это ещё ничего не доказывает. Нужно будет проверить подлинность на практике.»

Мирослав окинул добычу взглядом и всё, кроме меча, спрятал в кошель.

«Окомир бы сейчас от души посмеялся, глядя, как я без тени сомнения забираю ценности мертвецов. Хах.»

— Получил, паскуда чешуйчатая⁈ — торжествующе воздела кулаки в небо Малина, после чего гневно пнула одну из отрубленных голов, — Сам напросился!

Горыныч, убитый ею, Пересветом и Окомиром, уже ничего не мог ответить. Тем временем последний, смуглокожий степняк, деловито поправил растрепавшиеся перламутровые волосы, вновь собрав их в хвост, а после тут же принялся стаскивать сапоги с лежащего у стены пещеры иссохшегося мертвеца.

— Ты чего творишь? — возмутился княжич.

— Снимаю сапоги, — непринуждённо ответил Окомир, — Хорошие. Мои будут.

— Я вижу, что ты делаешь! Вопрос подразумевает иное!

— У вас, полян, в голове солома, — покачал головой степняк, закончив стягивать один сапог, приложив к своему, и принявшись за другой, когда убедился, что размер подходит, — Говори, что думаешь. Зачем такие сложности?

Пересвет сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Окомир прибился к ним около месяца назад, но княжичу пока так и не удалось понять, что у того в голове. Даже Духовлад не был таким чудаковатым, как он.

— Ты зачем у мертвеца обувь отбираешь? — спросил княжич, сменив формулировку.

— Носить, — всё так же невозмутимо ответил Окомир, — Ему-то они больше не нужны. Или ты думаешь, что он тут просто отдохнуть прилёг?

Малина, отошедшая от боевого куража и переставшая пинать голову горыныча, сдавленно хихикнула.

— Да понимаю я зачем! — вновь распалился Пересвет, но тут же спохватился и не дал товарищу вновь увести разговор не туда, — Всё, что я тебе пытаюсь сказать, что так поступать неправильно!

— Почему? — спросил Окомир, теперь начавший стаскивать свои изношенные сапоги.

— Что значит «почему»? — вздёрнул брови княжич.

— Почему — это слово, обозначающее вопрос. В данном случае о том, какова причина запрета, — с совершенно каменным лицом уточнил степняк.

Малина начала хохотать уже куда более заметно. Пересвет вновь сделал глубокий вдох, напоминая себе, что у степняков из-за сильной изолированности культура очень отличается, а потому его товарищ может воспринимать привычные для полян речи буквально.

— Потому что это аморально! Эти вещи тебе не принадлежат!

— Ну сокровищницу горыныча-то мы вынесем.

— И раздадим народу!

— Горыныч — злодей, отобравший богатства у других. При этом владельцев уже не найти. Это другое.