Тебе повезло, детка!

Она верила, что я встану на ноги и добьюсь чего-то в жизни. Только вряд ли ей бы понравилось, во что превратилась моя жизнь.

На последних словах голос дрогнул. Стало так горько… Наверное, хорошо, что она сейчас всего этого не видит. Мне было бы мучительно стыдно смотреть ей в глаза. Ради чего я тянулась всю жизнь, терпела, берегла себя? Чтобы в итоге прийти вот к этому?

Все поплыло перед глазами. Я моргнула раз, два, но пелена не исчезала. Провела по лицу, с удивлением взглянула на влажные пальцы. Я плачу?!

– Та-а-ак… Это просто срыв, – пришел к выводу модифицированный.

Вместе со мной встал и выбрался из ванны. С нас на пол ручьями текла вода, но он, не обращая внимания, схватил полотенце и укутал меня. Вышел из ванной комнаты и сел со мной на постель.

– Тебе нужна помощь психолога.

– Вы меня еще в комнате с мягкими стенами заприте и навещайте по ночам, – всхлипнула я. – Может, так быстрее сойду с ума."

"Стало так жалко себя, что я окончательно разревелась. Никогда еще не чувствовала такой потерянности. Даже после смерти бабушки. Я жила в надежде чего-то добиться, чтобы она гордилась мной, а стала парой этому модифицированному. Так себе достижение, а большее мне не светит. Он полностью контролирует мою жизнь.

– Успокоилась? – спросил оборотень, когда я перестала всхлипывать и затихла.

Промолчала, не поднимая глаз. Наверное, у меня действительно случился нервный срыв. В нормальном состоянии я бы никогда не смогла сказать вслух того, что наговорила ему.

– Хорошо. Тогда я сейчас вызову Мари-Энн, и она поможет тебе собраться.

– Куда? – вскинулась я. На ум почему-то пришла психбольница, но когда услышала его ответ, решила, что уже сошла с ума.

– В ресторан. Я приглашаю тебя на свидание.

Чего?! Какое, к чертям, свидание! Я зареванная, настроение ниже плинтуса, мне бы укрыться с головой одеялом и чтобы никто не трогал…

– Если мы останемся наедине, боюсь, я все же не удержусь и засуну в тебя ту часть тела, на которую ты так активно насаживалась в ванной, но принять в себя все же не готова.

Кровь прилила к щекам от его слов, и стало мучительно стыдно. От недавней смелости не осталось и следа. Я отвела глаза, отворачиваясь, но он не дал мне этого сделать, ухватил за подбородок и заглянул в лицо.

– Не можешь простить мне первый раз? Думаешь, не вижу, что ты меня не хочешь? Но даже животная часть меня, которая от твоего запаха сходит с ума и может думать лишь о спаривании, нуждается в том, чтобы ее желали. А я не животное, Катя, что бы ты про меня ни думала. Я не хочу, чтобы моей женщине рядом со мной было плохо.

Проблема в том, что я не хотела быть его женщиной.

– Считаете, поход в ресторан исправит ситуацию? – спросила, не скрывая скептицизма.

– Мы не с того начали.