Тебе повезло, детка!

Я медленно развела ноги, с отстраненным интересом наблюдая, как сильный мужчина на моих глазах теряет контроль. За какие-то секунды его одежда полетела в стороны, и он, обнаженный, подняв кучу брызг, нырнул в ванну, тут же перетащив меня на себя.

– Удивила, – по-хозяйски оглаживая мою спину, выдохнул он. – Не бойся, я больше не злюсь.

И я расхохоталась недобрым, холодным смехом. Он опять замер, а я, отсмеявшись, уперлась ему в грудь руками, отодвигаясь, взглянула в лицо и спросила:

– А чего мне бояться? Что задушите? Нет, вам нужно мое тело. Изнасилуете? Так уже. В тюрьму отправите? Так я согласна! Мне плевать, верите вы в мою невиновность или нет, я не нуждаюсь в вашем прощении. К вашему сведению, – обвела рукой свечи, пену, – все это я сделала для себя. Себе приятное, не вам. Лежала в этой красоте и думала, а есть мне ради чего жить? Ведь меня на этом свете ничего не держит. Я осталась одна, ни родных, ни близких. Исчезну – никто и не заметит, и горевать не станет.

Его руки крепко сдавили мои бедра, словно в попытке удержать. Взгляд полыхнул, прожигая ледяной синевой.

– Ты нужна мне.

Смешно.

Я покачала головой.

– В роли резиновой куклы, с которой вы сбрасываете напряжение, ничего привлекательного нет. Я живая. У меня есть чувства. Я не игрушка, которую можно душить, отбрасывать в сторону, а потом возвращаться и опять ласкать, словно ничего и не было. Вы же за этим пришли? – Я чуть изменила положение тела, позволяя себе соскользнуть вниз и упираясь в каменную часть его тела.

Тигриный взгляд поплыл. Вот правду говорят, что у мужчины две головы и думать одновременно обеими они не умеют. Пошло звучит, зато жизненно. Было заметно, как доминирование перетекает к той, что ниже пояса. Я добавила градуса, поерзав. При этом оборотня затрясло от возбуждения, а я ничего не чувствовала, кроме исследовательского интереса.

Может, именно мой холодный взгляд и помог ему перебороть себя.

– Катя! – Он резко снял меня и посадил рядом. В огромной ванне это было несложно. – Ты что такое говоришь?!

На меня смотрели с недоумением и удивлением, словно впервые видели. Ну да, игрушка сломалась и отказывается выполнять свои функции.

– А что не так? Вы же меня только для секса используете и дали доступ к своему кошельку, откупаясь. Но я не шлюха, продающая свое тело за деньги, и не животное, чтобы спариваться без любви. Меня воротит от такого. Ради чего мне жить? – повторилась я. – Быть вашей игрушкой? Думаете, я об этом мечтала? Этого хотела от жизни? Или должна быть счастлива оттого, что удовлетворяю ваши желания? Ваши. Не мои.

– Даже думать не смей о смерти! – рыкнули мне в лицо, но я не испугалась.

– А то что? – С вызовом подалась ему навстречу. – Я держалась только в память о бабушке.