Детка

Подпрыгнув на месте от неприятного соприкосновения тепла и холода, наступила ногой на лепестки, уже покрытые скользкой влагой, и… подскользнулась.

С громким визгом летя вниз, я даже не хотела думать, какого это — удариться всем телом о деревянные ступеньки с железными краями, но в последний момент мужские руки поймали в полете.

Марк сориентировался быстро, уложив меня на себя и смягчив мне падение. Но, черт бы меня побрал, не ему! Он прохрипел от наверняка ощутимой боли, продолжая прижимать меня к себе в полутьме дома, будто опасность еще не миновала. На моих глаз выступили слезы, а руки постарались аккуратно приподнять его голову, чтобы убедиться в отсутствии серьезных ранений.

— Бог мог, Марк! Где у тебя болит?! Ты можешь встать? Черт, черт, черт! В этом доме есть хоть один телефон, чтобы вызвать скорую? — испуганно прошептала я, судорожно ощупывая тело. — Прости меня, прости, прости…

Это была паника чистой воды и я не знала, как себя вести и все исправить. Мне хотелось встать и бежать за помощью, но Грант резко ужесточил хватку и снова притянул к себе. Пришлось обнять его ногами за бедра, чтобы не съехать вниз."

"— Ничего серьезного, малыш… — немного хрипло, но с долей своего любимого сарказма, пропел Грант. Я пропустила момент, когда его руки опустились мне на попу и сжали так сильно, что не на долго охладившийся жар между ног дал о себе знать мощным спазмом. — Только какое-то время я буду похож на зебру или человека, который посидел на свежевыкрашенной скамье.

— Не ври мне, — немного спокойнее запротестовала я и, взяв его подбородок двумя пальцами, покрутила в разные стороны. — Покажи мне где болит. Нужно обработать раны! У меня есть специальная мазь, которая быстрее заживляет синяки, если дело только в них. А если нет… Боже, я такая дура…

— Детка, я знаю другой и более действенный способ, который точно вылечит меня за секунду, — глубокомысленно изрек Грант серьезным голосом и я вправду ждала от него чего-то умного, а не хриплого: — Твои поцелуи. Клянусь, они намного действенней всякой вонючей мази. И тогда падение более чем окупится…

— Да ты… Ты просто!.. — я попыталась встать с него, но руки Марка еще плотнее прижали меня к себе, заставляя почувствовать, насколько он тверд для меня. С губ вырвался полустон, полухрип, но я придала ему другое значение: — Я говорю с тобой о серьезных вещах! И ты обещал не настаивать!

— Алиса, — умоляюще прошептал он и без разрешения запустил одну ладонь мне под легкие шорты. Его теплая рука на моем голом теле — это было все, что нужно, чтобы мозги попрощались и ушли в дальний путь. — Прошу тебя… Не сопротивляйся мне. Я не могу думать о чем-то кроме тебя, особенно, когда ты спишь в соседней спальне.