Дети Нитей. Эллед

Тишину дейдена легко и с удовольствием компенсировал Мирош, который оказался сыном Найши и явно унаследовал и его характер, и тягу к рассуждениям обо всем на свете.

Но если с Мирошем сомнений у меня не возникло и так, то вот фактом того, что Шаан был сыном Анха, я оказался удивлен куда больше. Хотя на самом деле и внешне, и особенно этим неимоверно насмешливым взглядом они были очень похожи. Об их родстве мне поведала Рут, когда, видимо, ее окончательно утомили подколки ассадена по поводу имени. Она тут же получила крайне недовольный и многозначительный взгляд Шаана, который явно предпочитал, чтобы окружающие воспринимали его исключительно как ученика Великого Мастера. Судя по несколько злорадной усмешке Рут, она об этом факте знала прекрасно. Я тоже его запомнил. Просто, на всякий случай.

Мы провели вместе, шутя и смеясь, несколько часов, которые, признаться, пролетели для меня как одно мгновение. С будущими мастерами было просто невероятно легко и приятно, а они сами, кажется, совершенно не испытывали ни капли возмущения фактом того, что кто-то влез в их уютный и устоявшийся давным-давно мир пятерых старших учеников Элледа. За веселыми рассуждениями Мироша, язвительными замечаниями Тин и Шаана, радостными, нетерпеливыми комментариями Рут или короткими, полными иронии фразами Саару, за моими собственными насмешливыми подколками, в основном направленными на Тин, конечно же, мы, видимо, все же нашли общий язык. А вкусная еда, немного вина и общая атмосфера праздника прекрасно дополняла весь нынешний чудесный момент единения будущих защитников ткани мироздания. Рицико все-таки был полностью прав в том, как именно следовало этого единения добиваться. Ведь, встреться мы впервые где-то на тренировочном поле Элледа, вряд ли там нашлось бы место для попыток завести друзей. А если бы и нашлось, то, естественно, куда позже, чем здесь и сейчас. Сами мастера, конечно, бросали на нас временами короткие, полные скрытого интереса взгляды, хоть и пытались всячески делать вид, что полностью поглощены собственными разговорами и вообще думать забыли, что кто-то, кроме них, еще присутствует в помещении. Они смеялись, Найши, как обычно, что-то рассказывал, а остальные периодически начинали негромко спорить или очень воодушевленно обсуждать. Но я замечал, практически чувствовал довольные, полные теплой насмешки взгляды Рицико и Анха, внимательный, сдержанный интерес Вейнора или осторожное, неявное любопытство Мирро. Единственный, кого, кажется, нисколько не волновало происходящее, был, собственно, сам Найши, полностью поглощенный своими рассуждениями.