Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

В обществе Тони он терял профессиональную настороженность, временами ему даже становилось не по себе: ему казалось, что все обстоит естественно и прекрасно, что это именно он, Джин Грин, молодой врач, счастливый и влюбленный, идет со своей девушкой по Москве, а не какой-то фальшивый Рубинчик… Джин Грин и Тоня Покровская… Джин-эн-Тоня… Самое ужасное было в том, что Тоня, кажется, тоже влюбилась в фальшивого Рубинчика. Полная безысходность, тупик.

Три дня назад, когда он ждал Тоню возле подъезда ее дома в пустынном Малом Гнездниковском переулке, из-за угла вдруг вынырнул «мрачный Гера». Он подошел прямо к Джину и сказал:

– Слушай, парень, я ведь тебе голову могу свернуть.

– Зачем такие крайности? – улыбнулся Джин. – Я вас совсем не знаю и не намерен драться с вами.

– Забудь дорогу сюда, – сказал Гера. – Я ее люблю, мы собирались пожениться, а ты пижон. Уходи немедленно!

– Перестаньте, – сквозь зубы процедил Джин. – Убирайтесь сами ко всем чертям!

Он дрожал от ярости, совершенно забыв в этот момент, кто он такой и чем для него может кончиться драка на улицах Москвы.

Гера ударил его правой и попал кулаком в каменную стену, ударил левой и снова – кулаком в стену.

Закусив губу от боли, он схватил Джина за руку, сделал мастерскую подсечку, но тут Джин молниеносным приемом карате швырнул его на мостовую. Гера упал на спину, но и Джин не удержался на ногах. Когда оба вскочили и начали кружить вокруг друг друга, хлопнула дверь и на пороге появилась Тоня.

– Что вы делаете?! Прекратите! – воскликнула она.

Парни остановились. Тоня сбежала с крыльца прямо к Джину.

– Что он вам сделал, Марк?

Трясущейся рукой она схватила его за лацкан пиджака, обернулась и зло крикнула Гере:

– Дурак! Щенок! Какое ты имеешь право вмешиваться в мою жизнь?

Гера молча повернулся спиной и, сгорбленный, несчастный, медленно поплелся прочь.

– Он вас любит, Тоня, – сказал Джин.

– Это его дело, – резко сказала девушка и повернула к Джину дрожащие губы. – Он вас не покалечил?

– Нет, обошлось, – сказал Джин.

Подрался из-за девушки, словно был в Гринич-Виллэдж, а не в Москве, в пяти шагах от улицы Горького. Думая об этом сейчас, Джин уговаривал себя не идти в «Синюю птицу», не встречаться с Тоней: он не имеет права любить ее, драться из-за нее; Гера имеет на это право, вот кто ей нужен – Гера, дипломник строительного института, мастер спорта, но отнюдь не Джин Грин, капитан «зеленых беретов».

Дома на противоположной стороне улицы Чехова были еще освещены розовым закатным светом, а вход в кафе «Синяя птица» был уже погружен в синюю темноту. В темноте ярко белели рубашки парней, поблескивали лакированные головы девушек, мерцали сигареты. На ступенях, ведущих вниз, в подвал, стояла плотная толпа.