Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

На берегу Джин, чертыхаясь и смеясь, нанес Рубинчику несколько шутливых ударов по брюшному прессу. Парень этот ему определенно нравился.

– Слушай, старик, какая у тебя мускулатура потрясная! – сказал Рубинчик. – Как это ты накачался? Культуризмом занимался или изометрией?

Джин догадался, что он имеет в виду «масл билдинг», искусственное формирование атлетической фигуры.

– Я занимался по системе «Атласа», – скромно сказал он.

Глаза Рубинчика загорелись жгучим любопытством.

– Что это за система? Почему не знаю?!

«У них, наверное, нет системы „Атласа“», – подумал Джин и, засмеявшись, сказал:

– Да это мы сами с ребятами придумали.

– Ты должен мне ее записать, – сказал Рубинчик. – А то, браток, от этой морской жизни у меня уже стали появляться кое-какие «соцнакопления».

Он похлопал себя по безупречному животу

– У меня нет пера, – сказал Джин.

– А это что? – Рубинчик нагнулся и выхватил из кармана лежащей на песке куртки его, Джина, страшную ручку, таящую в себе, по крайней мере, десять мгновенных смертей.

– Ух ты! Вот это фирма! – восхищенно сказал Рубинчик, крутя ручку в руках. – Где достал?

– Дай сюда! – Джин выхватил ручку.

– Да что ты такой прижимистый? – удивился Рубинчик.

– Это японский «пайлот». Купил по случаю в Риге, – сказал Джин. – С ней надо осторожно обращаться, а то выльются все чернила.

Они легли на песок в тени высокой известковой скалы совершенно фантастической формы. Джин начал записывать на клочке бумаги систему «Атласа». Писал он осторожно, стараясь не употреблять английских терминов. Марк курил и посвистывал, наслаждаясь жизнью.

– Какая у тебя родинка забавная на руке! – сказал он. – Надо же, где села, – между большим и указательным! Вот как странно распределяется меланин.

– Да, – усмехнулся Джин, – это у нас фамильная, и у отца такая была и у деда.

– Что ты говоришь? – удивился Рубинчик. – А ведь есть кретины, отрицающие генетику.

Родинку эту напаяли Джину на кисть правой руки третьего дня на Окинаве взамен устаревших капсул, что зашиваются в воротник. В случае захвата достаточно было откусить эту родинку, и наступала мгновенная смерть.

Они были совершенно одни на небольшом пляже, полумесяцем выгибающемся вокруг удивительно красивой бухты. В открытое море из этой бухты можно было попасть лишь по извилистым коридорчикам меж бесчисленных причудливых известковых скал. Кое-где между скал был виден слепящий горизонт, там иногда проходил контур крылатого сампана. Волны тихо лизали ноздреватый песок, из дырочек выбегали крошечные шустрые крабы. Тишина, идиллия, райская жизнь…"

"– Слушай, Жека, – проговорил Марк. – Тебе, наверно, в этом госпитале много приходится оперировать, а?

– Конечно, – ответил Джин.