Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

– Сбавь скорость до пятидесяти миль в час, – посоветовал Джин Лоту, – в этом штате полиция контролирует скорость радаром.

– Меня это не касается, – ответил Лот. Игла спидометра по-прежнему колебалась над цифрой «восемьдесят». – Если и задержат, то не оштрафуют.

– Кончай темнить, Лот, – сказал Джин. – Почему тебя не касается то, что касается всех?

– Вот об этом мы и поговорим, – вновь ушел от ответа Лот. – Поспи пока, отдохни!

Но возбужденные нервы Джина не давали ему уснуть.

Придорожные плакаты кричали проезжим о скорой схватке между республиканцем Уильямом Скрэнтоном и демократом Ричардсоном Дилуортом за губернаторское кресло в Гаррисберге."

"Кажется, в этих местах, вспомнил Джин, отец рассказывал ему о странных американцах, известных под названием «Пенсильванские голландцы». Но они выходцы вовсе не из Голландии, а из Германии, откуда их предки-вюртембержцы прибыли в первой половине восемнадцатого века. Самые современные, прогрессивные фермеры Америки, они одновременно являются и самыми темными и суеверными. Строя самые совершенные фермы, они украшают их дикарскими талисманами против нечистой силы. Все они принадлежат к разным сектам вроде швенкфельдеров, адвентистов седьмого дня, церкви братьев. Меннониты делятся на шестнадцать подсект. Одни считают, что электричество и механика – выдумки антихриста, другие бреют усы, но не бороды и отказываются служить в армии, третьи читают только библию, а четвертые ратуют за сохранение всех этих предрассудков и обычаев, которые служат безотказной приманкой для туристов.

Вскоре вдоль шоссе вырос высокими стенами лес – сосна, белый дуб, каштан…

– А здесь, – сказал Лот, видя, что Джин не спит, – охота еще лучше. Я ходил тут на медведя, как некогда в Беловежской Пуще в Белоруссии. Старожилы помнят, как в один сезон здесь убили двести тысяч оленей. Пропасть серой лисицы, выдры и бобров, куниц и ласок, енотов, тетеревов и прочей дичи.

Усыпанная палой хвоей дорога пошла в гору и спустя полчаса вывела к игрушечному городку на шоссейной дороге Скрэнтон – Гаррисберг. Протестантская церквушка, крошечная городская ратуша, несколько частных дощатых домишек в георгианском стиле, бензоколонка и гараж в бывшей кузнице. Кругом ни души. Этот скупо освещенный и окруженный черным лесом городок напоминал декорации к какому-то фильму Хитчкока, фильму ужасов.

Как-то в этом краю, недалеко от этих самых мест, у Гринов спустила ночью шина. Отец остановил машину, отключил мотор. Джин вылез первым, огляделся во мраке, прислушался, и вдруг его поразила бездонная, беспредельная тишина. Но она не была безжизненной, эта тишина. Она, казалось, вибрировала, пульсировала своей исконной звериной жизнью, скрытной, отдельной от человека.