Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Шерсть на загривке у Тундры встала торчком, передни­ми лапами она уперлась в край железного ящика и возбуж­денно глухо рычала.

Сугуров бросился в сторону, туда, где валялся железный лом. Через несколько минут они вдвоем с Семеном приволокли метровый брус двухтаврового железа.

— Возьмите собаку,— сказал Вадим Акимович сержанту. Тот повиновался — пристегнул к ошейнику повод и от­тащил упиравшуюся Тундру.

Семен Дуденко потом говорил, что он на всю жизнь запомнил, что такое цемент марки семьсот пятьдесят. Они дол­били бетон попарно, стоя по обоим краям бадьи и, как выра­зился Арсен, «в четыре руки» поднимая балку, чтобы потом с силой бросить ее вниз, не выпуская из рук. У всех четве­рых на ладонях вспухли кровавые мозоли.

Молчаливый проводник ищейки, несмотря на свою худо­бу, оказался сильным и жилистым. Не дожидаясь приглаше­ния, он привязал Тундру к стволу одинокой акации, росшей неподалеку, снял гимнастерку и жестом предложил Вадиму Акимовичу сменить обливавшихся потом Семена и Арсена. Потом почесал волосатую мускулистую грудь, расправил широкие плечи и, подождав, пока Дараев тоже поудобнее возьмется за балку, так же невозмутимо, как все, что он делал, принялся крушить застывшую в бадье бело-серую массу.

Дараев старался изо всех сил, чувствуя, что поневоле отстает, и рельс сам тянется вверх после очередного удара о бетон, почти без его участия. После десятого удара (Вадим почему-то принялся в уме считать их) он уже не чувствовал собственных рук, а сержант продолжал махать вверх-вниз, как заведенный. Пот заливал Дараеву глаза, он уже не видел, куда опускается брус, не чувствовал отлетавших осколков, один из которых больно ударил его по щеке, когда подошли Арсен и Семен, чтобы сменить их.

Только через полчаса они добрались до того, что искали. Сначала показался каблук сапога с наполовину стесаной, поржавевшей подковкой. Потом, действуя уже осторожнее, чтобы не повредить труп, они освободили от бетона обе ноги и, расколов вдоль застывшую в бадье глыбу, принялись ору­довать двумя острыми клиньями, которые Арсен нашел в груде железного лома. Кумратов лежал в растворе лицом вниз.

— Ну, вот,— сказал Вадим Акимович, в изнеможении опустившись на камень.— Теперь мы можем сказать, что не зря провели день.

Сержант, стоявший в этот момент над бадьей и не сво­дивший глаз с того, что в ней было, внезапно побледнел, резко отвернулся и, качаясь, пошел к реке. У самой воды его стошнило.

—  Недавно, наверно, работает,— сказал Сугуров.

—  Может, и давно. Говорят, не все привыкают к подоб­ным зрелищам,— отозвался Семен.— Да цыц ты! Фу! Фу! — прикрикнул он на собаку, все еще привязанную к акации. Тундра натягивала поводок и оглушительно лаяла.